Леонид Стариковский Пражское путешествие гурмана Гастрономические заметки Глава пятнадцатая, Фазан по-богемски Учебный сайт
Учебные материалы


Леонид Стариковский Пражское путешествие гурмана Гастрономические заметки



Глава пятнадцатая,



Петршинский холм, «Небозизек», фазан по-богемски и крем-брюле



Есть города, где природа играет строго отведенную роль: фрагмента фасада, рамки для колоннады, перспективы – для художника. В Праге можно часами гулять и не встретить ни единого дерева — форму растительности здесь принимает причудливая кирпичная кладка. Но стоит поменять место, и в рамку пейзажа вплывет, как медведица, линия Петршина или уступы Вышеграда. В такие моменты природа входит в ландшафт, всякий раз играя на контрасте со слишком вопиющим модерном – или стремниной готики.

Эффект — фантастический!

Глеб Шульпяков «Выход в город»
На левом берегу Влтавы, чуть левее Страговских башен, над пражской «Венецией» – Кампой – зеленой громадиной возвышается Петршинский холм. Склоны холма заросли деревьями и кустарником, превратив его склоны в густой тенистый парк. Справа, как позвоночник доисторического гиганта-ящера, тянется та самая легендарная «Голодная стена». Рассказывают, что во времена правления достославного Карла IV выдался неурожайный год, и король повелел помогать голодным, выдавая им кусок хлеба и миску похлебки, но чтобы не унизить людей милостыней, он предложил им выйти на работу и возводить стену, якобы, для обороны города. Поразительно, что в те далекие, жестокие средневековые времена правитель думал о достоинстве своих подданных, а не только о том, сколь поднимет его рейтинг это благодеяние.
История Петршина очень давнишняя. Летописец Космас считал, что название холма произошло от латинского слова petra, что означает «скала». Был ли прав автор этого утверждения – сегодня судить трудно, но вершина холма действительно скальная, и камень, вернее, песчаник, брали в старые времена для строительства. Например, импозантный Сазавский костел был построен именно из петршинского песчаника.
Во времена язычества вершина холма считалась местом святым, там происходили жертвоприношения – язычники считали, что огонь и дым очищают души умерших. После перехода чехов в христианство это капище было разрушено, а на его месте по приказу князя Болеслава была заложена часовня Святого Лаврентия.
Однако перенесемся через несколько столетий и окажемся в Петршинском саду в конце XIX века. В 1880 году чешская общественность для ускорения развития промышленности в стране предложила провести в Праге земскую промышленную выставку. В рамках этого проекта в Праге было построено несколько интересных объектов, в частности, на вершине Петршина было решено поставить «Чешскую Эйфелеву башню» – доминирующую над всей Прагой.
Точнее ее называют «Петршинская обзорная башня» – Розгледна. Хотя высота самого сооружения в пять раз меньше знаменитой парижской старшей сестры, но с высоты холма, возвышающегося над Влтавой на двести метров, каждому, кто решится преодолеть 299 ступеней на ее верх, откроется чудесный вид на Прагу – город ста башен. Говорят, что с учетом высоты над уровнем моря, «пражская розгледна» практически сравнялась с Эйфелевой башней по высоте – почти 315 метров.

Башня была построена в удивительно короткие сроки: в марте 1891 года начались земляные работы, а в августе этого же года башня уже была открыта для посещения всех желающих. Этот объект стал украшением юбилейной земской выставки.


В рамках выставки было представлено много новинок, в частности и знаменитая лановка (lanovka) – фуникулер, связавший подножье холма Петршин с его вершиной. Построенный по проекту архитекторов Рейтера и Штепана с длиной трассы в 400 метров Петршинский подъемник в то время стал самым длинным во всей Австро-Венгерской империи.

Открытая 25 июля 1891 года, эта трасса работает и по сей день, провозя ежедневно сотни восхищенных пассажиров на самый верх исторического Петршина. На всей трассе есть всего одна остановка – и она очень заманчива, так как, выйдя здесь, можно попасть в приятный ресторан Небозизек (Nebozízek).


Признаюсь, что я, как и многие наши туристы, недолго думал над названием Небозизек – какой-нибудь небожитель, не мудрствуя лукаво, определяем мы. Оказалось все и сложнее, и проще. Само слово nebozez в словаре означает «бур» или «сверло», так вот дорога по холму Петршина на вершину идет серпантином, как резьба на сверле, участки земли на этом месте еще в 1433 году так и назывались – «Na Nebozezu» – то есть на спирали, на серпантине, ну а когда в 1809 году чешский книгопечатник и купец Богумил Гаас построил здесь ресторан, то над названием ему долго думать не пришлось.
Одно время, в 60-е годы прошлого века, подземные воды, которые в больших количествах имеются на Петршине, стали прорываться на поверхность, разрушая склон холма. Однажды вода настолько подмыла стены ресторана, что образовался провал в пять метров. В тот год, а это было в 1967 году, была разорвана даже линия фуникулера. На счастье Праги и ее гостей, были проведены восстановительные работы, а также работы по решению проблемы грунтовых вод, и ни ресторан, ни лановка не пропали, а существуют до сих пор, хотя все необходимые работы длились почти 20 лет! Только в таких незыблемых историей городах, как Прага, участок, поименованный в договоре купли-продажи Карла Максимилиана Лажанского в 1677 году как «у лесочка на горе Петршин около Святого Лаврентия, что называется «Nebozízek» (читай «Серпантином»)», может сохранить свое название и по сей день, спустя почти 350 лет.
А в качестве доказательства высокой репутации самого ресторана, у которого меню богато и достаточно дорого (как и всякий панорамный ресторан, он включает в стоимость блюд еще и саму возможность шикарного вида из своих окон и с террасы), можно привести лишь один факт из его истории: господин президент Вацлав Гавел, когда захотел отблагодарить в 2001 году австрийского хирурга Эрнста Боднера, спасшего ему жизнь, пригласил его вместе с супругой на частный ужин именно в ресторан Nebozízek! Тут и добавить, по-моему, нечего, разве что еще и тот факт, что и Билла Клинтона с супругой Гавел тоже привел сюда. Хотя в Праге ресторанов, которыми можно похвастать перед самыми высокими гостями, наберется не один десяток.

Фазан по-богемски


Для приготовления потребуются: фазан – 1 шт., шпик – 50 г, масло или жир – 50 г, соль – по вкусу, лук репчатый – 1/2 шт., черного перца – по вкусу, лавровый лист – 1, гвоздика – 2-3 бутона, ягоды можжевельника – 1-2 шт, сметана и белое вино – по вкусу.

Тушку молодого фазана обмыть, вымыть ножки щеткой, обрезать когти. Голову засунуть сзади между крылышками, ноги отогнуть назад и привязать к тушке. Тушку посолить и вдоль спинки и брюшка привязать длинные полоски шпика. Разогреть жир, обжарить фазана – сначала грудку, спинку, затем бока, добавить мелко нарезанный лук, специи и часто поливая образовавшимся от жаренья соусом, жарить в духовке в течение 1 ч при закрытой крышке. Когда фазан будет готов, вынуть его из духовки, образовавшийся от жаренья сок пассировать, добавить сметану и приправить белым вином. К этому подать картофель, краснокочанную капусту или брусничный компот.
До этого раза я всегда проезжал на фуникулере до самого верха – у меня там есть любимейшее место – розовый сад. Это не просто название, а сад шикарных розовых кустов, высотой в полтора-два человеческих роста, благоухающих почти полгода – от весны до самого ноября, который в Чехии так и называется – листопад, то есть месяц, в котором начинает облетать листва. А в этот раз я вышел на единственной остановке по дороге на самый верх специально для того, чтобы посмотреть на прославленный ресторан. Понятно, что отведать его кухни я еще не мог: вклад достославной «Колибы» прочно отягощал мой желудок, но это, наверное, и к лучшему – ведь я смог заметно сэкономить на своем бюджете.
Как я и ожидал – интерьер богатого и престижного ресторана: кресла в чехлах, накрахмаленные до негнущегося состояния скатерти и салфетки, отражающие солнце хрусталь и стекло, в общем, все как «в лучших домах Парижа и Лондона», как говорится у нас, когда не хочется и не можется сказать большего. А насчет цен в меню… Я подумал, как быстро меня «испортили» пражские цены, если я цены на уровне вполне заурядных ресторанных цен нашего губернского сибирского городка посчитал теперь слишком высокими. Посудите сами, вот например, самые дорогие блюда:
150 граммов из «седла» молодого барашка с салатом из белой фасоли за 535 крон, такая же порция котлетки (мясо с косточкой) из молодого дикого кабанчика, подаваемая с галушками с кислой капустой и беконом уже 230 крон, правда, двухсотграммовая порция новозеландской баранины, запеченной на розмарине с овощами и картошечкой на сливках стоит 790 крон (не иначе как в цену входит доставка этой баранины самолетом, хотя и в других ресторанах не преминут похвастать бараниной из Австралии и Новой Зеландии, но с ценами там намного скромнее). Можно выбрать куриные медальонки, завернутые в бекон и запеченные с фенхелем, подаваемые с черными оливками и таким же картофелем на сливках, всего за 299 крон.
В конце концов, если вы придете днем на обед, то вам предложат здесь вполне демократичные цены, например жареный по-старочешски кролик с помидорами и картофельными клецками – всего за 270 крон, а окорок косули, приготовленный на решетке над открытым огнем, с виноградом и грушей (как мы уже знаем, так и полагается подавать дичь – со сладкими фруктами) за 260 крон, можно выбрать куриную грудку с фасольками и толченым картофелем за 177 крон, свиную вырезку с утиной печенкой, грибами и картошкой на сливках за 286 крон или такую же вырезку с салатом из помидоров и моцареллой за 260 крон.
Главным же и, как я понимаю, козырным блюдом шеф-повара ресторана является большой «микс» на две персоны: 650 граммов самого разного мяса – куриные медальонки, свиная вырезка, утиная грудка и филе барашка и лосося, приготовленные на гриле и подаваемые с запеченными овощами и самыми разными гарнирами. За все это великолепие придется заплатить 1200 крон, но, думаю, что и для двоих эта порция окажется чрезмерной, а вот третий лишним не будет.
Как видите, вполне приемлемо. Ну, а на десерт (а это обычно считается слабым местом чешских ресторанов: как-то не очень они охочи до десертов, а я так полагаю, что мало кто может себе позволить десерт после обычных пражских порций): запеченную грушу на меду с сыром «Нива» или лимонный шербет с каплей «Кампари», или ананасовые рулетики, фаршированные кремом Маскапоне, ну в крайнем случае йогуртово-лаймовый крем-брюле с кедровыми орешками и мороженым Маскапоне. Как? Вы еще не почувствовали желание посетить этот ресторан или хотя бы на минутку срочно отлучиться в кухню?
В переводе с французского крем-брюле значит – сожженный крем. Это десерт, состоящий из крема, покрытого слоем карамели, которая получается из сожженного сахара, льющегося сверху, или сахара, подожженного непосредственно на креме и превращающегося в карамельную корочку. По преданию, крем-брюле изобрели в Кембридже, в Колледже святой Троицы, в XVII веке. И тогда блюдо называлось – «Троица», в честь учебного заведения. Как бы там ни было, десерт настолько органично влился во французскую кухню, что считается национальным французским блюдом. Хотя первоначально, в XVIII веке, крем-брюле во Франции именовали – английский крем.
Существует еще – каталонский крем, один из вариантов крем-брюле. В Каталонии его принято подавать в день святого Иосифа, 19 марта. Это ароматное блюдо со вкусом лимона или апельсина и корицы. Крем приносят в холодном виде, непосредственно перед употреблением, посыпают сахаром сверху, а потом плавят его при помощи огня, покрывая массу карамельной корочкой. В результате чего горячая и хрустящая корочка поначалу интересно контрастирует с холодным и мягким кремом. Основное отличие этого блюда от крем-брюле состоит в том, что каталонцы, в отличие от французов, не готовят свой крем в водяной бане. Тем не менее, каталонцы утверждают, что каталонский крем – это прямой предшественник крем-брюле.

Но на этот счет есть множество мнений – и точное происхождение крем-брюле так и осталось неизвестным.
В этом меню и в меню других ресторанов вам наверняка часто будет попадаться smetanove brambory – сливочный картофель, если перевести дословно, не спутайте, что сметана в нашем с вами привычном смысле слова по-чешски называется «закисана сметана», то есть «кислая сметана», так как у чехов «сметана» – это сливки. Я уже, кажется, предупреждал, что прямые аналогии, которые напрашиваются при первом знакомстве с чешским словом, очень опасны, напоминаю об этом еще раз, а чтобы при заказе все было ясно, привожу рецепт такого «сливочного» картофеля (smetanove brambory: картофель, подсолнечное масло, шпик-бекон, лук, стерилизованные шампиньоны, белый перец, соль, сметана, твердый сыр. Отваренный картофель нарежем на пластики. На разогретой сковороде поджарим до шкварок кусочки шпика, добавим сюда порезанный лук и шампиньоны и все это хорошо обжарим. Затем сюда выложим картофель, посолим, поперчим и зальем все сметаной, обжарим еще чуть и в огнеупорной миске или противне поместим в разогретую духовку до запекания золотистой корочки, посыпав предварительно тертым сыром. Так и подаем к столу.

Глава шестнадцатая,



«Погоржелец», Лорета, Град и утиная грудка на меду «У викарки»



Та трактирщица в «Викарке» разливает пиво днями,

Так же быстро, как чертовка. Вертится с парнями.

У нее любви побольше, чем тут пива пенится, –

Та трактирщица в «Викарке» – милая изменщица.

Уно Грабате
Сегодня я уже намотал столько километров по Кунратицкому лесу, что поленился идти на вершину Петршина пешком, а дождался подошедшего снизу фуникулера из трех вагонов, который и доставил меня за минуту к верхней станции. Дальше все равно пришлось идти пешком – мимо древних крепостных стен, мимо маленьких домиков, прижатых к скале, в которых то тут, то там маленькое кафе или госпудка, мимо призывно распахнутых ворот Страговского монастыря, в которые я успел разглядеть толпы туристов, входящих в Большую монастырскую пивную – на дегустацию темной «тринадцатки» «Святого Норберта» (есть три сорта этого пива – темная «четырнадцатка», полутемная «тринадцатка» и полутемное выдержанное – рождественское 18-19%), кивнув своим старым знакомым – Кеплеру и Тихо Браге, застывшим у трамвайной остановки, и далее вниз, мимо научившего меня осторожности и такту «Черного вола», что на самой Лоретанской площади, мимо ресторана «Тоскана» и десятка других ресторанчиков, с зазывалами на улицах, предлагающих распахнутое меню, к парадным воротам Града, на боковых столбах которых установлены устрашающие «Борющиеся гиганты» – копии скульптур Игнаца Плацера, который придумал и изваял их по указанию императрицы Марии Терезии, правящей в XVIII веке.
Лорета – ещё одна «туристическая Мекка» Праги – это монастырь капуцинов – место хранения копии Святой хижины («Санта Касса»), в которой жило Святое семейство в Назарете. Когда-то, чтобы спасти оригинал от надругательства сарацинов – врагов христианства, ангелы перенесли эту хижину сперва в Далмацию, а потом на Аппеннинский полуостров, где и спрятали ее в лавровой роще. От этого слова лаурус (лавр) и произошло название Лорета (Лауретта). Позже по повелению римского папы Пия II над хижиной воздвигли храм, а по всему свету начали строить подобные храмы с копиями хижины. Пражскую Лорету строили пять лет с 1626 года по 1631 по проекту итальянского архитектора Джованни Баптиста де Орси, а заплатила за это строительство семья знатных князей Лобковиц, имя и достоинства которых увековечены сейчас в названии сорта пива.
Многие годы Лорета – паломническое место для верующих католиков. Здесь же находится и экспонируется «Лоретанская сокровищница», в которой выставлены художественные изделия и литургические предметы XVI-XVIII вв., в том числе и «Солнце Праги» – алмазная дароносица, лучи которой украшают 6 222 бриллианта! Интересно, что все эти бриллианты были сняты после свадьбы с подвенечного платья графини Коловрат и подарены Лорете. На колокольне Лореты каждый час можно услышать звон 27 колоколов разного размера, которые играют мелодию о Деве Марии «Тысячекратно славим тебя». По легенде, некая состоятельная женщина в память об умершем от чумы сыне подарила Лорете большой колокол. Позже она приютила осиротевших после эпидемии чумы детей, число которых составило 26, но и их она не смогла уберечь от чумы. Тогда в память о каждом из сирот она подарила монастырю по колоколу – один меньше другого. В день, когда эта добрая женщина умерла, колокола зазвонили. Такое количество разных колоколов позволяет играть на Лоретанской звоннице, как на органе. Говорят, что знаменитый пианист и композитор Ференц Лист дал когда-то концерт на этих колоколах.
Перед тем как войти в Град – крепость с Королевским дворцом и знаменитейшим храмом Святого Вита, обратите внимание на стоящую вполне скромно бронзовую фигуру чуть сутуловатого человека, справа от площади, возле стены Шварценбергского дворца, оштукатуренного в стиле средних веков «сграффити», что делает его обманчиво мощным зданием. Скромный человек, удостоенный скульптуры на этой площади с инициалами TGM вместо имени и фамилии, – первый президент независимого государства Чехословакия – Томаш Гарриг Масарик – социолог и философ, духовный лидер страны, народ которой любовно называл его «папочка». Сам же Масарик по примеру американских президентов называл себя TGM. Совсем не похоже на нашего – «отца всех времен и народов».

Масарик проводил дружественную политику с молодой Советской Россией, но в то же время он дал приют всем изгнанным из нее профессорам и литераторам, представителям интеллигенции и ученым, не захотевшим оставаться под советским режимом. Масарик был известен еще и как защитник прав евреев. В 1899 году чешский еврей Гильснер был ложно обвинен в ритуальном убийстве, благодаря защитным статьям Масарика в прессе смертный приговор Гильснеру был отменен. Через 12 лет после этого русский писатель Короленко сыграл такую же роль в знаменитом «деле Бейлиса» в России, но Масарик был первым! TGM избирался президентом страны четыре раза: в 1918, 1920, 1927 и 1934 годах. В 1935 году 87-летний политик ушел в отставку по состоянию здоровья.
Если прийти в этот Первый двор к полудню, то можно стать свидетелем церемониала – разведения караула и поднятия государственного флага. Кстати, если на боковом флагштоке, что над крышей самого Королевского дворца, поднят штандарт со львами, значит, президент Чешской Республики здесь – во дворце. Во Второй двор Града ведут парадные Матиашовы ворота, построенные в стиле римских триумфальных арок. Начали строить эти ворота еще при императоре Рудольфе II (1552-1612), который прославился покровительством искусствам и оккультным наукам, в том числе и астрологии с алхимией (именно это время навсегда придало Праге звание «мистическая»), так вот при Рудольфе строить начали, а закончили стройку при свергнувшем его брате Матиаше (1556-1619), который и остался в памяти народа и истории страны кроме братоубийства еще вот и в названии этих ворот. В центре Второго двора находится крепостной колодец глубиной чуть ли не в сто метров, говорят, что в нем живет главный водяной по имени Паклт, а рядом возвышается фонтан Леопольда (автор – Иероним Коль, 1686): четверка богов – Нептун, Геракл, Вулкан и Меркурий – держат на своих плечах чашу, в которой возлежат три морских чудища Тритона, подпирающих вторую чашу с тремя львами, из пасти которых и струится вода. Кстати, несмотря на вроде бы грубые нравы Средних веков, в этой композиции очень оригинально решена проблема наготы одной из фигур: причинное место стыдливо прикрыто хвостом гигантской рыбы, на голову которой неблагодарная фигура наступает. Надо отметить, что лев – любимый зверь чехов – символ силы и гордости, а может быть, еще и мудрости – как никак, а царь зверей. Рассказывают, что по случаю коронации императора Леопольда II в 1791 году из этого фонтана, названного его именем, струилась не вода, а вино, а еще в этот торжественный день над Градом звучала музыка Моцарта, написанная им специально по этому праздничному поводу. Через темную длинную арку туристы переходят в Третий двор и… это проверено мной уже неоднократно – замирают, пораженные надвинувшейся громадой, устремленной в самые небеса – собором святого Вита. Мы давно знаем «пляску святого Вита», а вот подробнее как-то не очень…
Так вот, согласно легенде Вит родился в Древнем Риме, правда, кто-то утверждает, что он сын сицилийского сенатора, который уже в те времена мог быть «отцом сицилийской мафии» (мафия, как известно, бессмертна!), а кто-то – что всего лишь сын торговца. Так ли иначе, но в 12 лет он принял христианство, которое тогда еще не приветствовалось Римом и его правителями. Парнишку пытались уговорить отступить от веры по-хорошему, но он уперся и ни в какую! Когда он прибыл в Рим, то был арестован и брошен в клетку со львами, но звери склонились перед ним в почтении и не собирались им обедать. Видя такое, мучители предприняли другие попытки умертвить Вита, но все они оказались безуспешными, тогда мальца обварили кипятком. От боли он прыгал, как бесноватый, вот отсюда, говорят, и пошла «пляска святого Вита», которой названа такая болезнь, как хорея Сиденгама. Через века, когда христианство завоевало всю Европу, культ святого Вита приобрел популярность в Германии. В 836 году его мощи были перевезены в Саксонию, а в 925 году император Священной Римской империи Генрих Птицелов даровал запястье святого Вита князю чешских земель Вацлаву (907-935), который и заложил в следующем году ротонду-часовню, давшую основание будущему собору-гиганту. Позже, спустя четыре века, самый именитый чех – император Карл IV – соберет воедино из разных городов Европы остальные мощи этого святого и захоронит их в соборе, получившем имя святого Вита. А в ротонде, построенной по указу князя Вацлава, похоронят самого князя, убитого родным братом через шесть лет после строительства.
О соборе святого Вита можно говорить долго, надеюсь, читатели сами прочтут всю эту информацию в других путеводителях, я же хочу вам подсказать нечто иное: если к этому времени, нагулявшись по Граду, вы почувствуете голод, то слева от входа в собор вы найдете интересный ресторан – «Викарий» (Vikarka).
В этих помещениях, фактически являющихся частью оборонительных стен крепости-дворца, за всю историю чего только не было. По преданию при Рудольфе II здесь был литейный цех, где отливали бронзовые статуи, а позже здесь была императорская алхимическая лаборатория, в которой Кеплер с Тихо Браге (мне как-то не очень верится) занимались поисками философского камня и эликсира жизни, да пытались варить золото из подручных средств и ртути. Затем помещение пришло в упадок и из царской мастерской превратилось в конюшню, а потом и просто в сарай и складские помещения для церковных нужд. В классическом стиле эти помещения были перестроены уже в 1806 году, но еще почти сто лет помещение так и оставалось хлевом. Уже в наши дни была проведена значительная реконструкция самыми именитыми архитекторами и дизайнерами, превратившими эти значительные площади в стильный ресторан, в котором в разных залах и небольших салонах, например, в «Литейне Рудольфа», «Президентском салоне», «Красном салоне» или винном погребке «Пана Броучека», можно посадить 350 гостей. И совсем не случайно здесь появился ресторан под старину, так как в этих помещениях чуть ли не в самом начале XIV века викарию собора Святого Вита было даровано право варить пиво, которое и варили здесь лишь с перерывом на гуситские строгие времена еще долгие, долгие годы.
Обстановка выдержана строго в стиле времен феодализма. Каждое помещение имеет свой неповторимый интерьер: здесь и отделанный изразцами камин, и какое-то громоздкое сооружение из старых, источенных временем балок, в котором лежат колбы и реторты средневековых алхимиков, и кабинет, и столовая в сводчатых галереях, все в разных уровнях, а в самом низу, в подвальчике, что по-чешски называется «склеп», находится уютная «винарня» – винный ресторанчик.
Мне повезло: во всем этом большом комплексе сидели лишь четыре туриста из Японии-Кореи, да я, выбравший столик у стены, напротив портрета не иначе как императора Рудольфа II. А вот меню есть даже на моем родном языке – это очень приятно. Что ж, посмотрим, что нам предлагается от щедрот «Викария» (Викарий — помощник епископа).
Большой (250 г) бифштекс с морской солью и свежемолотым перцем, подается с холодным весенним салатом из свежих овощей и листьями салата рокет, с печеным картофелем и холодным соусом на выбор – за 425 крон. По той же цене, но всего 150 граммов отбивные из ягнятины с соусом из майорана с зелеными стручками фасоли и толченым картофелем. Можно выбрать блюда и подешевле: жареные свиные медальончики с картофелем в сметане и молодой морковью за 250 крон или куриная грудка под сливочным соусом с базиликом и домашней лапшой за 230, а любители рыбы могут выбрать жареное филе судака с жареным картофелем и грибами «шитаке» за 350 крон или стейк лосося на гриле с кремовым соусом и листьями шпината за 320.
Есть в меню и усеченный набор традиционных чешских блюд: гуляш говяжий (150 г) с кнедликами со шпиком – 195 крон, жаркое из говядины (150 г) со сливочным соусом и хлебным кнедликом – 195 крон. Утку, запеченную на меду до хрустящей корочки, с капустой, тушеной в вине, и кнедликом, предлагают в двух вариантах: половинка утки и четверть – по цене соответственно 350 и 195 крон. Есть в меню и традиционное запеченное свиное колено с хреном и горчицей, подаваемое с маринованными овощами, за 245 крон, которое одному одолеть очень не просто. В этом я тут же убедился, глядя, как довольные японско-корейские туристы, заказав такое колено одно на двоих, ловко разделывают его каждый со своего конца.
Десерты здесь тоже классические: блины (палачинки) с разными добавками, например, со смородиной и взбитыми сливками, яблочный рулет с ванильным соусом, пирожное «Бомба Малакофф», знаменитый пражский десерт «Horka laska» («Горячая любовь») – горячая лесная земляника с ванильным мороженым, и четыре вида шербета – мандариновый, лимонный, ананасовый и кокосовый. Можно полакомиться фруктами и сырами: и чешскими, и французскими.
В винотеке «Викарки» вина Моравии, Франции, Италии, Испании и Чили, здесь же джентльменский традиционный набор виски и коньяков и, как мне показалось, весьма недорого, хотя порция Hennessy XO в сорок граммов (0,04 л) стоит 520 крон, что дороже целого ужина в приличном пражском ресторане.
Я недолго сомневался: меня соблазнила хрустящая корочка запеченной на меду утки, и не успел я воспротивиться врожденному обжорству, как уже заказал половинку вместо четвертушки, о чем и пожалел весьма скоро.
Интерьеры, бесспорно, внушают уважение, посуда – тоже, и даже счет в конце моей трапезы мне принесли в серебряной шкатулке, а вот вместо половины утки принесли два бедрышка, а это уже, скажу вам авторитетно, две большие разницы, так как самое ценное и вкусное место в утке – грудку – у меня умыкнули, заменив на плебейское бедро, да и хрустящей корочки я не нашел – просто сладкая печеная утка, правда, капуста оказалась очень вкусной – чувствовалось, что ее действительно тушили в вине.

Утиная грудка на меду:


4 кусочка утиной грудки с больших диких уток, 200 г меда, соль, кусочек масла.

Грудки слегка отбить, посолить и запекать в нагретой духовке, поливая периодически соком или водой. Примерно через 20 минут смажем грудки медом, а потом будем периодически добавлять мед, переворачивая грудки до полной готовности. В соке, оставшемся в противне после окончания жарки мяса, распустим кусочек масла и подаем все с картофельным кнедликом.

Картофельные кнедлики:


картофель – 1 кг, мука – 250 г, яйцо – 2 шт., сухари молотые – 2-3 ст. л., масло сливочное – 5-6 ст. л., соль, перец. Сварить картофель, очистить его от кожуры и пропустить горячим через мясорубку или размять вилкой. Эту массу смешать с мукой, яйцами, перцем и солью и тщательно перемешать, она не должна прилипать к рукам. Подпылить стол мукой и сформовать на нем из картофельной массы длинные колбаски, толщиной с палец, затем нарезать на кусочки в 4-5 см, можно сформовать и в виде шариков, величиной с грецкий орех. Варить их в подсоленном кипятке, закрыв кастрюлю крышкой, пока кнедлики не всплывут на поверхность, затем вынуть их из воды и отцедить. Молотые сухари обжарить на масле, слегка посолить и залить ими кнедли. Подавать горячими к запеченному или жареному мясу, можно и как отдельное блюдо, посыпая тертым сыром или брынзой политые маслом кнедли, можно подать и на десерт, посыпав ванильным сахаром и корицей.
Я вышел из «Vikarka» весьма отягощенным, но все-таки смущенным – жаль, что я не проявил настойчивости и не потребовал настоящую половинку утки – не столько мне хотелось этой грудки, сыт я был по горло, сколько стыдно было за свой «совковый» комплекс – видеть, что тебя обманывают, и молчать.
Я прошел по опустевшим улицам Града, остановился, как всегда, в глубоком почтении и восхищении перед базиликой Святого Иржи (bazilika sv. Jiří) – по-нашему святого Георгия, основанной в конце X века князем Вратиславом. За её красным барочным фасадом скрывается одна из самых древних в Чехии романских церквей, стройные башни которой из белого песчаника, появившиеся после пожара 1142 года, чем-то напоминают минареты и втыкаются прямо в звездное уже небо. Красная базилика, что словно ширмой в стиле барокко прикрыло старый, еще Римской империи, храм, появилась в XVII веке, и теперь весь этот эклектичный комплекс выглядит просто незабываемо. Позже появилась готическая часовня Святой Людмилы, а в 1722 году к базилике была пристроена часовня Святого Иоанна Непомука с его же статуей над входом. Вся эта композиция, не поленюсь повториться, выглядит потрясающе!
Двинулся дальше и, пользуясь поздним часом и открытым доступом, заглянул на знаменитую Злату улочку. Кривая улица с разноцветными кукольными домиками может ввести в легкое заблуждение путника, не знающего о том, что творилось за этими дверьми пару столетий назад. Алхимики, чернокнижники и просто шарлатаны искали здесь тайны бессмертия, эликсиры молодости и способы превращения олова в золото. Поговаривают, что в одном из этих домов Николя Фламель изобрел философский камень, чей секрет до сих пор не раскрыт. Если прийти сюда ближе к полуночи, когда уже закрыты сувенирные магазины и схлынули толпы туристов, в конце Златой улочки иногда появляется несуществующий дом из романа Майринка. Гиды, путая алхимихов, среди которых во все времена было много шарлатанов, любят рассказывать, что свое первоначальное название Злата улочка получила из-за того, что здесь жили чеканщики по золоту и ювелиры. Мне как-то не верится, что такие уважаемые во все времена ремесленники стали бы ютиться в таких домиках «пана Тыквы», а потому я больше склоняюсь к версии, что здесь жила беднота, промышлявшая незаконными передачами заключенным, что томились в Белой башне (Bílá vĕž) и в башне «Далиборка».
Сегодня, как и много веков назад, Злата улочка представляет собой череду крошечных двухэтажных домиков, один краше другого. В доме № 22 жил Франц Кафка, о чем свидетельствует маленькая медная табличка, но и в этот факт мне верится с трудом, ведь Кафка был из богатой семьи, настолько богатой, что сам он родился в десяти метрах от Староместской площади, а на самой этой площади его отец держал магазин, торгующий мануфактурой. Мне кажется, что сейчас наступили какие-то особые времена, когда говорить можно что душе угодно и мало найдется желающих проверять информацию, а убедившись в ее несправедливости, ломать копья, чтобы восторжествовала истина. Сам же я специально потратил кучу времени, чтобы найти подтверждение этой версии, но кроме фразы «Жизнь Кафки почти вся прошла в Праге и даже внутри узкого периметра Старого города. Он не любил этот город, но он неотделим от него», не нашел больше ничего.
В карликовых домиках на Златой улочке сейчас никто не живет, там в каждом теперь какая-нибудь сувенирная лавка, но я не рискую входить в такие тесные и на первый взгляд хрупкие сооружения, которым уже многие сотни лет. Домики жмутся к крепостной стене, внутри которой музей рыцарских доспехов и тир, где можно пострелять из настоящего арбалета. Но все это возможно лишь днем до 18 часов и за плату, которую с недавнего времени по примеру европейских музейных и дворцовых комплексов чехи стали сбирать за вход на Злату улочку.
Через узкий проход в последнем домике улочки, мимо башни «Далиборка», построенной в 1496 году, я вышел на «Stare schody» – длинную лестницу, выводящую прямо к метро «Малостранская». На сегодня мой маршрут подошел к концу, хотя еще предстояло пересесть на «Музеуме» на «красную» линию, а потом не проспать свой «Ходов», где мимо памятника то ли шахтеру, то ли метростроевцу идти по сонным пустынным улочкам к своему маленькому пансиону, чтобы наконец замертво упасть в прохладную постель до следующего дня.
Но огромным усилием воли, с трудом фокусируя глаз, я еще успел прочесть в фолианте Окуня:

«…Обеды бывают двоякие: дамские и мужские, но, во всяком случае, на настоящем эпикурейском обеде не может и не должно быть более двенадцати человек мужчин. Дам может быть вдвое более, так, чтоб каждый мужчина сидел между двумя дамами, однако ж гораздо лучше, если дам и мужчин равное или почти равное число. Каждый гость должен твердо помнить, что он обедает не даром, потому что даром в мире ничего не достается, но что он должен заплатить за обед умом своим и любезностью, если таковые имеются, или приятным молчанием кстати и ловким придакиванием хозяину, если другого чего не спрашивается. Подобрать гостей гораздо труднее, нежели написать книгу или решить важное дело. Надобно, чтоб в беседе не было ни соперников, ни совместников, ни противоположных характеров, ни неравенства образования, а более всего должно стараться, чтоб не было людей мнительных, подозрительных, сплетников, вестовщиков, хвастунов и щекотливых, обижающихся каждым словом и намеком. Педанты за столом – хуже горького масла и гнилого яйца! Педанты бывают по части учености и по службе – оба рода несносны. Педантов можно кормить, но никогда с ними не должно обедать!»


Карта сайта

Последнее изменение этой страницы: 2018-09-09;



2010-05-02 19:40
referat 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная