Действующие лица Смотрите также: Учебный сайт
Учебные материалы


Действующие лица



ИВАНОВНА (проникновенно). Люся, я тебе вот что скажу. Ты, Люсь, не нервничай, не ерепенься, а возьми-ка себе нашего-то, бывшего. Вот и Виолетта у тебя в родне будет. Нам-то он теперь ни к чему, мы себе получше нашли...

Виолетта Харитоновна заплакала и выскочила из кухни.


Ивановна и Люся захохотали.

ЛЮСЯ (сквозь смех). Он у вас совсем непригодный оказался! Не прошел испытания, я же уже пробовала! Весь ресурс у него закончился, теперь он даже на запчасти не годится!


ИВАНОВНА (серьезно). Дура ты, Люся! Это Адка моя привереда известная, ей не угодишь, а и ты туда же. Я тоже кое-что понимаю, можно его еще в порядок привести, не сразу только.
ЛЮСЯ (заржала в голос). Вот вы этим и займитесь!!!
ИВАНОВНА. Тьфу на тебя, охальница!

Рассердившись, убежала из кухни.


Через некоторое время неслышно вошел Кочкин.
Он уже оделся, на нем серый костюм, в котором он, видимо, был еще на выпускном вечере в институте, галстук ярко выраженного застойного происхождения и почему-то шляпа, фасона “третий секретарь целинного райкома”.
Кочкин деликатно закашлял.

ЛЮСЯ (обернулась, вздрогнув). А... это ты. Ну, чего тебе?


КОЧКИН. Люсь, дай еще стопарик, да я пойду... Я уж собрался.
ЛЮСЯ. Чего это ты пойдешь-то?
КОЧКИН. Да так... не уважают меня здесь.
ЛЮСЯ. А тебе-то что. Ну, не уважают, и что? Сразу уходить надо?
КОЧКИН. А чего мне тут торчать, если меня не уважают?
ЛЮСЯ. Так тебя нигде не уважают. Куда ты пойдешь-то?
КОЧКИН. Не знаю. Куда-нибудь...
ЛЮСЯ. Ладно, выпей вот и не выпендривайся. На.

Наливает рюмку водки, дает на закуску ложку салата.


Кочкин пьет, закусывает, недоуменно смотрит на Люсю.

ЛЮСЯ. Ну, чего уставился, не видел давно?


КОЧКИН. Люсь, а что-то салат странный.
ЛЮСЯ. Обычный. Опился, уже мерещится чего-то.
КОЧКИН. Да нет, серьезно, вроде, как он с хреном?
ЛЮСЯ. Это ты с хреном, а это “Оливье”, в “Оливье” хрен не кладут.
КОЧКИН. Вот и я думаю...
ЛЮСЯ. Ладно, все, выпил - теперь топай отсюда, мне еще селедку “под шубой” нужно успеть.
КОЧКИН (после некоторого замешательства). Люсь, зачем же ты Адке все рассказала. Я же просил.
ЛЮСЯ. Ну и рассказала. Она же подруга моя. Должна знать.
КОЧКИН. Зачем?
ЛЮСЯ. На всякий случай.
КОЧКИН. Люсь, я должен с тобой объясниться. Это недоразумение, которое произошло между нами - случайность. Я тебе точно говорю.
ЛЮСЯ. Все, проехали.
КОЧКИН. Гадом буду, Люсь. Можно, я тебя сегодня провожу? Не пожалеешь, Люсь.
ЛЮСЯ. Отвянь.
КОЧКИН. А хочешь, прямо сейчас? Пойдем со мной в ванную, не пожалеешь!

Люся вдруг села на стул и заплакала.

КОЧКИН. Это... ты чего, Люсь? Ты чего? Ну, извини, я не хотел тебя обидеть, я наоборот... думал, ты сама хочешь. Извини, правда.
ЛЮСЯ. Скотина ты, Кочкин...
КОЧКИН. Люсь, ты это...
ЛЮСЯ. У меня, может быть, с девяносто четвертого года никого не было, я, может быть, боялась, как в первый раз, а ты!.. Пьяница ты, Кочкин! Сожрал все и спать завалился! Ты храпишь, Кочкин!..
КОЧКИН. Больше не повторится, Люсь, честное слово! Это нервное! Это я расслабился просто! Меня Адка отучила храпеть, я давно не храплю, это я просто расслабился...
ЛЮСЯ. Опять Адка!!! Пошел отсюда!!!

Кочкин скучно и понуро ушел.


Входит Ивановна.

ИВАНОВНА. Молодец, Люська, я все слышала, молодец! Попарить его немного надо, помариновать. Но смотри, не переборщи, в следующий-то раз идите в ванну, я посмотрю, покараулю, никто и не побеспокоит, я тебе помощница!

Убежала, не дав Люсе ответить.
Через некоторое время входит Виолетта Харитоновна.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА (значительно). Я, Люся, уже все знаю, мне Ивановна сообщила. Ну, что ж, я возражать не буду. Он, конечно, не подарок, но и вы с ребенком. А это даже хорошо. Я всегда внука хотела. Жалко, что Ада бесплодна, дети сцементировали бы их семью, и жили бы, как все. Да взять меня. Я Викентия Аристарховича ведь терпеть не могла, а прожили сорок лет с лишним. А все дети!.. Я уверена, мы подружимся с вашим сыном. Я уже все продумала. Мы с ним будем ходить в музеи, театры, в зоопарк. У меня большой потенциал...


ЛЮСЯ (устало). Виолетта Харитоновна, ну что вы говорите... Кому нужен ваш использованный сын. Ивановна пошутила, а вы тут же...
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА (горестно). Извините, Люся. Я понимаю. (Вдруг.) Налейте мне водки, что-то захотелось.
ЛЮСЯ (весело). А вот это правильно! Пора уже и опрокинуть, свадьба же у нас или не свадьба!

Люся наливает две рюмки.


Вбегает Ивановна.

ИВАНОВНА. Эх, давайте уж и мне!

Люся наливает.

ЛЮСЯ. Ну, за счастье всех людей на планете! За мир, дружбу, экологию!


ИВАНОВНА. Чтобы войны не было!
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. За вас, Люся!

Пьют.
Входит растрепанная Аделаида.


Увидев ее, женщины вдруг начинают хохотать.

АДЕЛАИДА. Напились уже, бабье!


ИВАНОВНА. А вот и молодая!
ЛЮСЯ. Новенькая-готовенькая!
АДЕЛАИДА. Ага... новенькая. Со старыми дырками...
ЛЮСЯ (вдруг). А помнишь, как мы в семьдесят шестом, что ли, году, стояли в очереди за польскими трусами? В Добрынинском универмаге, как сейчас помню!.. Сбежали с работы... Мы стояли с тобой три часа, тебе трусы достались, а на мне закончились? А я так хотела эти трусы!.. Ко мне тогда Игорь Суренович из отдела кадров клеился, а я ему не дала потому только, что нормальных трусов не было. Честное слово - только поэтому! Я вот сейчас вдруг поняла, Адка, что достанься мне тогда эти трусы, – может, и жизнь у меня была бы другой?
АДЕЛАИДА. Дура ты, Люська, надо же было вспомнить такое...
ЛЮСЯ. А чего такого, все свои!
АДЕЛАИДА. Суренович твой на Галушко Иринке женился, да через пять лет помер. А Иринка на его “Волге” так до сих пор и разъезжает! Вдова!..
ЛЮСЯ. А так я бы на ней разъезжала!!!
АДЕЛАИДА. Ты бы разбилась давно. Может, наоборот хорошо, что трусов тебе тогда не досталось. Ты может и жива до сих пор поэтому...
ЛЮСЯ. Уж лучше год мясо жрать, чем всю жизнь падалью питаться!..
АДЕЛАИДА. Да брось ты - мясом... Тоже мне мясо нашла - Суреныча...
ЛЮСЯ. А чего? Они, говорят - ого-го! Темпераментные!
АДЕЛАИДА. Языком они трепать темпераментные, а как до дела...
ИВАНОВНА. Ну хватит мне тут! Тьфу, охальницы!
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Я про язык не поняла... В чем суть?
ИВАНОВНА. Язык, говорю, доставай, чай пристыло желе-то!
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. К языку горчица нужна...
ИВАНОВНА. Ой! И правда! Люська, куда горчицу дела?
ЛЮСЯ. А я почем знаю. Я не трогала. Я здесь не хозяйка...
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Что, нет горчицы?
АДЕЛАИДА. Как нет-то?!! Мам, ты опять всю горчицу сожрала? Я в среду банку покупала!
ИВАНОВНА. Ну люблю я ее!
ЛЮСЯ. Может, с горчичников соскрести? Там ведь тоже горчица?
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Это сомнительно...
АДЕЛАИДА. Вечно ты, мама, все испортишь!..

Ивановна всплакнула в платок и отвернулась.


К ней тотчас подскочила Виолетта Харитоновна.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Как не стыдно, Аделаида! Мама так старалась...


ЛЮСЯ. Адка, ты совсем офигела?
АДЕЛАИДА. А чего? Правда же!..
ЛЮСЯ. Чего ты ее травишь?
ИВАНОВНА (быстро оборачиваясь). Ага! Вот помру, так попомнишь! В могилу она меня загоняет, я ее план поняла! Ей жилплощади не хватает, точно говорю!
АДЕЛАИДА. Хватит придуриваться!
ИВАНОВНА. Я мать тебе!
АДЕЛАИДА. Дура ты, а не мать!
ИВАНОВНА (визгливо). Я дура???
АДЕЛАИДА. А кто же ты, если ты меня Аделаидой назвала? Где ты такое имечко нашла?!! Ты мне всю жизнь испортила!!!
ИВАНОВНА. Сама ты дура некультурная!!! Это фильм такой был! Французский!!!
ЛЮСЯ (закуривая). Началось!..

Виолетта Харитоновна, решив прекратить свару, схватила со стола тарелку и с размаха грохнула ее об пол.


Долгая пауза.

ЛЮСЯ. Двадцать копеек, Харитоновна!


ИВАНОВНА. Какие двадцать копеек! А пять рублей не хочешь? В семьдесят третьем году в Подольске куплено! Нынче таких тарелок не выпускают!
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА (хладнокровно). Заткнись. Свадьба у вас или не свадьба? На счастье.

Аделаида захохотала.

ЛЮСЯ. Ты-то чего?
АДЕЛАИДА (сквозь истерический смех). А я... это самое... вот же, блин, дура... Я это самое... Забыла, что сегодня свадьба!!! У меня!!! Сдохнуть!!!

Сначала Люся, а потом и Виолетта Харитоновна с Ивановной начинают взахлеб хохотать.


На кухню заглядывает Кочкин.
Увидев его, женщины просто заходятся в хохоте.
Кочкин хмуро рассматривает компанию, потом молча наливает себе водки. Но выпить не может - мешают хохочущие женщины.

КОЧКИН. Дайте выпить-то...


АДЕЛАИДА. Фиг тебе! Моя водка!

Все хохочут еще сильнее.


Кочкин роется в карманах, достает несколько мятых тысячных бумажек, кладет на стол.

АДЕЛАИДА. Мало!


КОЧКИН. Как мало?!! Ты совесть имей!
АДЕЛАИДА. Это тебе что, подворотня? Это ресторан высшей категории! С девочками!

Новый взрыв смеха.

АДЕЛАИДА. Девочки, позвольте представить - секс-бомба первого поколения. Артикул - Кочкин. Фанатик тесных закрытых помещений, как то ванная, лифт, шкаф. На открытом пространстве крайне капризен и ненадежен. Пуглив. Питается кровью погубленных им женщин. Глуп, но это достоинство.
ЛЮСЯ. А мне твой Кочкин только что предлагал заняться сексом. В ванной.

Кочкин превратился в соляной столб. О том, что он еще жив, напоминает только медленно багровеющее лицо.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Ну зачем вы врете так, Люся! Я же все-таки мать!..
ЛЮСЯ. Ивановна, подтверди!
ИВАНОВНА. Точно, все так и было, я сама слышала. Давай, говорит, в ванной поохальничаем, не пожалеешь!
АДЕЛАИДА (хохочет). Ну и что? Ты чего не согласилась, дура? Он же “баунти”, райское наслаждение. Сейчас две свадьбы справили бы! Вот кино бы было!
ЛЮСЯ. У меня фаты нету. Да и жених... потертый.
ИВАНОВНА. Тертый калач!
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Вот вы все время обижаете моего сына, а сами только о нем и говорите. Это о многом говорит.
ИВАНОВНА. У кого чего болит, тот о том и говорит...
АДЕЛАИДА. Это точно. Вы, Виолетта Харитоновна, Фрейда не читали?
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Это помощник Бжезинского? Антикоммунист?
КОЧКИН. Дуры вы все. (Пользуясь моментом, быстро выпивает.)
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Как легко ты пьешь эту гадость... Это неприятный симптом.
КОЧКИН. Мам, ты уже пьяна.
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Не смей мне такое говорить!
ИВАНОВНА. Ты Виолетта, успокойся. Дома будешь командовать.
ЛЮСЯ. Ну, что, Кочкин, пошли в ванную, я готовая. На все согласная!!!

Бурный восторг всех собравшихся, кроме Виолетты Харитоновны, которая ушла к окну и нервно закурила.

АДЕЛАИДА. Давай, Кочкин, покажи, на что способен!
КОЧКИН. Какие же вы дуры...
ИВАНОВНА. Мужика в смущение вогнали!
АДЕЛАИДА. А то, может, втроем пойдем, а, Кочкин?
КОЧКИН. Говорили мне ребята - бить надо, да я не послушался... А зря.
АДЕЛАИДА. Что?!! Бить?!!! Ну, вот ты смертный приговор себе и подписал!!!

Аделаида хватает тарелку с салатом и опрокидывает на лицо Кочкину.


Люся втыкает в рот Кочкину морковку.

ЛЮСЯ. Новый год!!! Новый год!!!

Аделаида поливает Кочкина кетчупом.

ИВАНОВНА. Продуктов-то сколько спортили!


АДЕЛАИДА. Ничего не испортили, мы их соберем в тарелку, Кочкин слопает.
КОЧКИН (выплюнув морковку). А все-таки «Оливье» с хреном.
ЛЮСЯ. А у нас все наоборот: мужик без хрена, а салат с хреном!

Кочкин убегает в ванную отмываться.

АДЕЛАИДА. Наливай, Люська, сегодня гуляем, замуж я выхожу не каждый день!
ИВАНОВНА. А гости?
АДЕЛАИДА. Какие гости? Все уже здесь!
ИВАНОВНА. Ты что, никого не пригласила?
АДЕЛАИДА. Мам, ты совсем сбрендила на старости лет? Я бы и вас не звала, да куда мне от вас деться...
ИВАНОВНА. А зачем же мы все это готовили?
АДЕЛАИДА. Потому что свадьба!
ИВАНОВНА. А гости?
АДЕЛАИДА. В задницу твоих гостей!!!
ИВАНОВНА. Тогда за стол пойдемте, чего на кухне-то торчать?
АДЕЛАИДА. Успеем. Наливай, Люська!

Люся наливает, в последний момент к ним успевает присоединиться Кочкин.


Все выпивают.

ИВАНОВНА. Все у нас не по-людски... Свадьба - не свадьба, а бардак какой-то...


ЛЮСЯ. Нормально!..
КОЧКИН. А селедка-то есть?
ИВАНОВНА. Ой, а где же жених-то?
АДЕЛАИДА. Опаздывает он. Переговоры у него... бизнес, поняла?
ИВАНОВНА (скорбно). А чего не понять. Мы понимаем. Приедет хоть?
АДЕЛАИДА. Приедет, не волнуйся!
ИВАНОВНА. Ой, надо тогда в сортир бумагу туалетную повесить!
ЛЮСЯ. Успеешь! Ну, чего не пьем-то? Между первой и второй перерывчик небольшой.

Ивановна разливает водку.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Позвольте мне сказать.
АДЕЛАИДА. За столом скажете. Прозит!

Все выпивают.


Виолетта Харитоновна поперхнулась водкой.
Ивановна колотит ей по спине.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА (кричит). Больно же!


ИВАНОВНА. Не можешь пить - не пей!
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Это я не умею пить?!!

Аделаида и Люська хохочут.


Мгновенно к ним присоединяются Ивановна и Виолетта Харитоновна.
Через некоторое время оказывается, что Аделаида не смеется, а плачет.

ЛЮСЯ. Ну ладно тебе еще!.. Прекрати!


ИВАНОВНА. Доча!!!

Бросается к Аделаиде и тоже начинает плакать.


Через секунду рыдают, обнявшись, все женщины.

КОЧКИН (украдкой смахивает слезу). Ну почему у нас в России бабы такие дуры?

ВТОРОЕ ДЕЙСТВИЕ

Картина 1

Спальная Аделаиды.
Аделаида по-прежнему в спортивных штанах и футболке.
Подходит к телефону, набирает номер.

АДЕЛАИДА. Алло... Здравствуйте, а Владимира Николаевича можно? По личному вопросу... А когда будет? Нет, ничего передавать не надо... До свидания.

Аделаида подходит к зеркалу, с сомнением осматривает себя.
Снова подходит к телефону, набирает следующий номер.

АДЕЛАИДА. Алло, здравствуйте. Абонент сорок семь восемнадцать. “Володя, я жду тебя”. Все. Без подписи. Спасибо. Да, повторите, пожалуйста.

Аделаида закуривает, подходит к свадебному платью, трогает нежную материю...
Еще раз набирает номер.

АДЕЛАИДА. Алло, это “Служба спасения?..” Здравствуйте, меня зовут просто Мария... а это кто? Очень приятно... Я просто хочу сказать, что сейчас пойду и прыгну с балкона вниз…. Потому что все сволочи и мне все надоело... Что? Шестнадцатый... Да, это с гарантией... У меня к вам, собственно, совсем небольшой вопрос... Дело в том, что я страшная лентяйка, а это такое ответственное дело, сами понимаете... Я хочу проконсультироваться у вас - мне прическу сделать или это бесполезно?.. Что? А... - внизу гаражи. Ракушки... Значит, не стоит? Жалко, хотелось бы хоть раз в жизни выглядеть прилично... До свидания, спасибо...

Аделаида надела фату и распахнула окно...

Картина 2


Столовая.
Большой стол, накрытый белой скатертью, весь заставлен яствами.
Во главе стола два пустующих кресла.
По бокам от них сидят Ивановна и Люся.
Рядом с Ивановной Виолетта Харитоновна.
Кочкин примостился в самом конце стола.
Долгая пауза.

ИВАНОВНА (скорбно поджав губы). Стыдобища-то какая...


ЛЮСЯ. Нормалек, Ивановна, не забивай голову.
КОЧКИН. Наливайте, что ли... Чего всухаря-то сидеть?
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Помолчи!
КОЧКИН. Как хотите!..

Кочкин протягивает руку за бутылкой, но Виолетта Харитоновна с неожиданной ловкостью вскакивает и бьет его по руке.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Я сказала - не лезь! Не до тебя!..

Кочкин обиженно засопел.

ЛЮСЯ (громко). Где же молодая-то? (Кричит.) Адка!!! Скоро ты?!! Жрать уже хочется!!!
ГОЛОС АДЕЛАИДЫ. Щас!!! Лифчик застрял!!!
ЛЮСЯ (кричит). Помочь?
ГОЛОС АДЕЛАИДЫ. Нет!!!

Пауза.


КОЧКИН. Вечно она... Когда со мной сочеталась, тоже копалась два часа... Недисциплинированная она, вот в чем дело.
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Помолчи!
КОЧКИН. Мам, ну чего ты?
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Ничего!.. Тебе бы только выпить!
КОЧКИН. Так свадьба же?
ИВАНОВНА. Вот ведь стыдобища-то... Я ведь Нинель Георгиевну позвала... Вот так свадьба, скажет! Без жениха!
ЛЮСЯ. Да ладно!.. Взяточница она, по ней тюрьма плачет...
ИВАНОВНА. Типун тебе на язык! Как ты выговариваешь-то такое!..
ЛЮСЯ. Подумаешь!.. Наливай, Кочкин, надоело!
ГОЛОС АДЕЛАИДЫ. Приготовьтесь!
ЛЮСЯ. На старт. Внимание. Марш!!!

Осторожно приоткрыв дверь, бочком входит Аделаида в свадебном убранстве. Она невероятным образом преобразилась, стала хороша, словно сбросила лет двадцать...

ЛЮСЯ. Во, блин!!!
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Прелестно, Адочка!..
ИВАНОВНА. Анжелика Варум!!!
АДЕЛАИДА. Чего?
КОЧКИН. Ну ты, мать, даешь...

Он, воспользовавшись ситуацией, уже успел налить и тут же залпом выпил.

АДЕЛАИДА. Чего кислые-то такие?
ИВАНОВНА. Да так...
АДЕЛАИДА. Чего?
ИВАНОВНА. Молодой-то где?
АДЕЛАИДА. Дела у молодого. Задерживается. Ничего, приедет...
ЛЮСЯ. Да кто вам еще нужен-то! Наливай, Кочкин!

Кочкин быстро схватил водку, готовый исполнить приказ.

АДЕЛАИДА. Нет!!! Сначала шампанское!!!
КОЧКИН. Чего мешать-то? Начали же водкой?..
ИВАНОВНА. И то верно! Пускай стоит, не пропадет... Новый год впереди!..
АДЕЛАИДА. Шампанское, сказала!!!
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Действительно, торжество все-таки принято открывать шампанским...
ЛЮСЯ. Сможешь, Кочкин?
КОЧКИН. Обижаешь...

Кочкин довольно ловко справился с бутылкой, разлил вино в подставляемые бокалы.

АДЕЛАИДА. Ну, кто скажет?
ЛЮСЯ. Мать, чай!..
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Просим, Ивановна!
ИВАНОВНА. Ой... это... (Встала, вытерла платочком уголки глаз.) Я это... говорить не мастерица... но скажу...
ЛЮСЯ. Давай, Ивановна!
ИВАНОВНА. Не перебивай только, а то я смущаюсь... Это... чего я сказать-то хотела?
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА (Люсе). Вот видите! Не надо перебивать!..
ИВАНОВНА. Я, конечно, из вас человек простой, институтов не заканчивала... но я тоже человек.
КОЧКИН. А кто спорит?
ИВАНОВНА. Я тебя родила, Адочка, в тяжелое для страны время. Хлебушка вдоволь не было, про другое и не говорю, жили в бараке тогда, на Добрынке, я показывала тебе место... Да не в этом дело! А жили все же правильнее, чем вы проживаете, вот поверь матери!..
АДЕЛАИДА. Началось... Старая песня о главном...
ИВАНОВНА. Ни словечка больше не скажу!..

Ивановна обиженно села.

ЛЮСЯ. Ну чего ты опять!
АДЕЛАИДА. А она чего? Я что, каждый день замуж выхожу? Начала тут, блин...
ИВАНОВНА. Я от сердца!..
КОЧКИН. Она родила тебя, а ты...
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Не лезь!..
АДЕЛАИДА. Ладно, мать, извини. Давай дальше!..
ИВАНОВНА. Не буду.
ЛЮСЯ. Ну чего вы-то теперь?
КОЧКИН. Скажи, Ивановна, не тяни душу!..
ИВАНОВНА. Ладно... Я общество уважаю, не то что некоторые... Это... я на чем остановилась-то?
АДЕЛАИДА. Про вашу правильную жизнь. Теперь про то, что ты всю жизнь пахала...
ИВАНОВНА (не почувствовав подвоха). Точно... спасибо, доча. Да, я отпахла свое, не дай бог кому, за троих! Когда нас набирали в Москву, мне мама сказала - убьют тебя там...
АДЕЛАИДА. Ну, блин!!!
ИВАНОВНА. Ладно, не буду... А оказалось - и в Москве люди живут! Я сначала, конечно боялась, одна на улицу из барака не выходила...
АДЕЛАИДА. Давай сразу, как отца встретила.
ИВАНОВНА. Да, так вот... Иду однажды из магазина, редьки накупила, еще чего-то, щас уже не вспомню... Вроде как и тыква тоже была, но точно не скажу... Иду, и по дороге для настроения одну редьку-то грызу себе... Тут ко мне милиционер подходит и строго так спрашивает, чего это ты, гражданочка, дура деревенская, дескать, на улице редьку жрешь? За это тюрьма полагается!!! Ой, да так строго сказал, что я от страха чуть не обмочилась... И как заплачу!.. Он и то растерялся, - чего ты, дескать, я ж шучу, я ж познакомиться хотел!.. Да... Так и познакомились...
АДЕЛАИДА. Теперь про честность свою скажи...
ИВАНОВНА. А то! Он меня в свою каморку тут же потащил, а я и не соображала ничего. Привел, да тут же на меня полез! А я дура-дура, а только говорю - никогда! Сначала в ЗАГС, а это самое потом... Так он схватил меня и сейчас притащил в ЗАГС, да по знакомству тут же и расписал меня! Я думала, умру от страха... Вышли из конторы, я так тихонько его спрашиваю - как тебя зовут-то. Он и говорит - Глеб. По дороге винца прикупили, вот и весь стол - вино да редька, выпили маленько и он давай права свои мне предъявлять... Ну, а куда деваться - муж законный! Так ты и появилась на свет белый, Аделаида Глебовна! За счастье твое в семейной жизни!
АДЕЛАИДА. Наконец-то!

Все выпивают.

ИВАНОВНА. Закусывайте, закусывайте, а то запьянеете!
ЛЮСЯ. За это не переживайте!

Некоторое время все, кроме Кочкина, молча едят.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. А ты почему не ешь?
КОЧКИН. Да так... не лезет комок в горло...
ИВАНОВНА. Это обида нам! Ешь давай!
АДЕЛАИДА. Жри, Кочкин!!!

Кочкин, давясь, съел ложку салата.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА (возмущенно). Это раздаточная ложка!!! Возьми вилку!..

Но Кочкин не успел ответить - раздался звонок.

ЛЮСЯ. Наконец-то!!! Давай сюда своего Володю!

Аделаида бросилась к зеркалу.

ИВАНОВНА (Виолетте и Люсе, перед тем, как бежать открывать дверь). Салаты с тарелок назад вертайте, будто и не начинали!
ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Что?

Но Люся сообразила быстрее и стремительно убрала закуски с тарелок в салатницы, придав им первоначальный вид, после чего быстро убрала грязные тарелки и расставила новые приборы.


Прибежала Ивановна с выпученными глазами.

ИВАНОВНА. Там не жених!!! Там это... там Нинель!!!


АДЕЛАИДА. Какая-такая Нинель?
ИВАНОВНА. Из ДЭЗа!!!
АДЕЛАИДА. Чего ей надо?
ИВАНОВНА. Чего-чего... в гости пришла!
АДЕЛАИДА. Куда?
ИВАНОВНА. Да к нам!
АДЕЛАИДА. Зачем? Ничего не понимаю...
ИВАНОВНА. Так трубы же... не доживут до двухтысячного года...
АДЕЛАИДА. Мам, ты совсем дура, да?!!

Звонок из прихожей.

ИВАНОВНА (падая Аделаиде в ноги). Доча!!! Впусти ее - иначе удавлюсь! Вот те крест!!! Не могу я больше эти трубы терпеть!!!
АДЕЛАИДА. Ну, ты мать...
ЛЮСЯ. Тебе жалко, что ли?
АДЕЛАИДА. А-ааа!.. Зови свою Нинель...

Долгий звонок.

ИВАНОВНА (кричит в сторону двери). Щас!!! Идем!!! Щас!!! (Люсе.) Музыку включи - вроде как не слышим.

Люся включила магнитофон.

ИВАНОВНА (не вставая с колен). Адка, дочка, пусть Кочкин заместо жениха посидит! Неудобно - твой-то когда еще приедет?
АДЕЛАИДА. А когда Володя приедет?
ИВАНОВНА. Я ее к тому времени подпою - она и не поймет!..
АДЕЛАИДА. Ну, ты мать и затейница, блин!!!
ИВАНОВНА. Кочкин!!! Где у тебя галстук-то!!! Ирод, без ножа режешь!!!
КОЧКИН. А я не согласный!..

Виолетта Харитоновна неожиданно отвешивает Кочкину оглушительную оплеуху.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА. Согласен он, согласен!!!
ЛЮСЯ. Ну, Виолетта!!!
АДЕЛАИДА. Галстук где, придурок?

Кочкин нехотя вытащил из кармана мятый галстук.


Аделаида быстро надевает Кочкину галстук, приглаживает костюм, втыкает цветок в петлицу.
Кочкин и Аделаида садятся во главе стола.
Ивановна побежала открывать дверь.
Виолетта вдруг схватила Люсю и закружила ее в танце.

ВИОЛЕТТА ХАРИТОНОВНА (возбужденно). Веселитесь, веселитесь, будто все хорошо!!! Свадьба же!!!

Прибежала Ивановна.

ИВАНОВНА (громким шепотом). Щас!!! Руки моет перед едой! Культурная!!!

Ивановна убежала и вскоре вернулась со значительностью на лице и Нинель Георгиевной под ручкой...


Карта сайта

Последнее изменение этой страницы: 2018-09-09;



2010-05-02 19:40
referat 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная