Сборник статей под редакцией Гайденко П. П. Введение - 7 Учебный сайт
Учебные материалы


Сборник статей под редакцией Гайденко П. П. Введение - 7




Во-первых, Платон, создавший образ Фалеса, наблюдавшего небес-
ный свод, свалившегося в колодец и осмеянного за это фракиянкой
(Theaet. 174 а), считает его представителем мудрых практиков и
человеком изобретательным, и ни в , ни в
ничего не говорит ни о его научных занятиях ^, ни тем более об их
систематическом характере, предполагающем письменную фикса-
цию и передачу учения. И несмотря на то что кому-то из толпы
Фалес мог показаться чудаковатым, он в практическом отношении
прославился как раз своей изобретательностью, с чем совпадает по
смыслу и анекдот о том, что Фалес предвидел богатый урожай
оливок и сумел чисто практически использовать свою проница-
тельность.
Во-вторых, самым ярким примером систематического образова-
ния (л(п5?1'01) и занятий с учениками (avvovo^a*^) для Платона яв-
ляется Пифагор и его последователи. Заметим при этом, что чрез-
вычайно важно также и отмечаемое Платоном наличие традиции у
^Лишний раз напомню, что при этом Фалес вполне мог составить стихо-
творный сборник практических советов .
^ Термин auvowl'a регулярно используется Платоном в указанном значе-
нии: из многочисленных случаев употребления ср. один, наиболее ясный
(Polit. 285cd): занятия с учениками грамматикой Платон называет IT)V яер1
урйццата ouvovmav T(OV navQciv6vTuw.
38 Ю.А.ШИЧАЛИН
пифагорейцев: образ жизни, установленный Пифагором, передается
из поколения в поколение.
Тому, как учил Пифагор, мы узнаем из фрагментов Аристотеля.
Одним из способов был символический (frg. 191 Rose = Porphyr.
Vita Pythag. 41): <...некоторые вопросы он излагал как это делается
в тайных культах, то есть символически (циот^хр трбяр) стицроХ>,-
хю^), - множество примеров этого собрал Аристотель: море он на-
зывал слезой Крона, Большую и Малую Медведицы - руками Реи,
Плеяды - лирой Муз, планеты - собаками Персефоны, об отзвуке
ударяемой меди говорил, что это голос демонов, заключенных в
меди>.
Примеры Аристотеля, разумеется, не исключают того, что Пифа-
гор был сведущ в достижениях современной ему астрономии. Но они
показывают стилистику изложения того материала, который мог
одновременно получать интерпретацию в духе рационалистических
естественнонаучных представлений того времени: так же сочеталась
у Феагена из Регия его осведомленность в рационалистических по-
строениях ионийцев с символическим толкованием Гомера, а у
Ономакрита - учение об элементах и его изложение в эпической
форме. С этим согласуются и другие примеры, приводимые Пор-
фирием: излагая этическое учение, Пифагор одни наслаждения
уподоблял песням Сирен, другие - гармонии Муз; уча о двух
противодействующих силах, лучшую называл единицей, светом,
правым, равным, пребывающим и прямым, а худшую - двоицей,
мраком, левым, неравным, круговым, находящимся в движении.
Эта таблица противоположностей, приводимая Порфирием, без-
условно, сопоставима со знаменитой пифагорейской таблицей про-
тивоположностей, которую Аристотель приводит в
(986 а 22 слл.). При этом в данном случае не столь принципиально,
в какой степени буквально и полно та или другая воспроизводит
самое древнее учение пифагорейцев (Аристотель, впрочем, отмеча-
ет, что это учение о противоположностях было и у Алкмеона Кро-
тонского). В свою очередь обе эти таблицы по своему характеру
изложения сопоставимы с костяными пластинками середины V в.
до н. э. из Ольвии ^, надписи на которых посвящены Дионису Ор-
фическому, т. е. были сделаны членами религиозной общины орфи-
ков ^ . А именно такие пары, как свет - тьма, хорошее - дурное,
^ См.: Фрагменты ранних греческих философов. С. 46.
^В связи с этим заметим, что, согласно Ямвлиху (V. Pyth. 146), Пифагору
принадлежала Священная речь, в начале которой он говорил о своем посвяще-
нии в орфические таинства на родине Орфея неким Аглаофамом, от которого
СТАТУС НАУКИ В ОРФИКО-ПИФАГОРЕЙСКИХ КРУГАХ 39
мужское - женское в таблице пифагорейских противоположностей
вполне сопоставимы с парами на культовых пластинках из Ольвии
жизнь - смерть, истина - ложь, душа - тело и с ними согласуют-
ся; но такие противоположности, как прямое - кривое, правое - ле-
вое, предел - беспредельное, покоющееся - движущееся, единое -
множество, нечет - чет, квадрат - параллелограмм, уже предпо-
лагают специально научную разработку.
Можно привести еще одну стилистически близкую параллель.
Когда Аристотель пишет: <элементами числа они считают чет и
нечет, из коих первый является неопределенным, а второй опреде-
ленным; единое состоит у них из того и другого - оно является и
четным и нечетным, число - из единого, а различные числа... -
это вся вселенная>, - то это совершенно соотносится по символи-
ческому или аллегорическому характеру изложения с <Орфиче-
ской теогонией>, сохраненной на древнейшем папирусе из Дерве-
ни: с Зевсом <срослись воедино все бессмертные блаженные боги и
богини... и все прочее, что тогда существовало - всем этим... стал
он один... Зевс стал первым, Зевс - последним... Зевс - глава,
, все произошло от Зевса...> "
".
Все эти соображения позволяют, на мой взгляд, понять несвойст-
венную для новоевропейской науки стилистику преподнесения ма-
тематики, характерную, заметим, не только для раннего пифагоре-
изма, но и для пифагорейских математических учений на протяже-
нии всей античности, что не мешало целому ряду пифагорейцев дос-
тичь исключительных успехов в арифметике и геометрии. И как на
фоне аллегорического толкования Гомера у Феагена возникает неза-
висимая от апологетических нужд наука грамматика, так на фоне
указанных спекуляций в рамках уже существующей традиции пре-
подавания возникает автономная разработка сферы четного-
нечетного, т. е. сферы чисел, а также квадратов, параллелограммов и
других геометрических фигур.
Два способа преподавания в школе Пифагора, о которых отчетливо
говорит Порфирий ( 36), - символический и
он и усвоил учение Орфея о сущности числа. На это свидетельство отклика-
ется Прокл (Theol. Plat. 15, 25.26-26.4 H.D.Saffrey-LG.Westerink), но оно
важно не только для окончательного оформления пифагорейски окрашенного
учения позднего платонизма, но и для понимания изначальной связи Пифа-
гора и раннего пифагореизма с орфизмом. Ср.: Jamblique. Vie de Pytha-
gore/intr., trad. et notes par L. Brisson et A. Ph. Segonds. P.: Les Belles Lettres,
1996. P. LI-LII, LV-LVIII, 191.
" CM.: Там же. С. 46-47.
40 Ю.А.ШИЧАЛИН
дискурсивный, - отражают как раз постепенное вхождение в сти-
хию собственно науки, совершенно необходимое в силу новизны и
непривычности этой только-только открытой области. Насколько
перспективным было такое выделение собственно научных занятий
в специальную сферу, показывает пример Гиппаса, достигшего оче-
видных успехов в специальных научных исследованиях.
Гиппас очевидно не был чужд рационалистическим представле-
ниям о мире в духе ионийской , о чем свидетельствует его
учение об огне как о первоэлементе, принимаемое, вероятно, на том
основании, что огонь соотносится с пирамидой - <мельчайшей и
первой [""простейшей"] из фигур> (*7а). Мы чувствуем и здесь
общую для всего пифагореизма стилистику преподнесения мате-
риала, что не отменяет собственно научных в нашем понимании
открытий Гиппаса: иррациональных величин, додекаэдра, гармони-
ческой пропорциональной, консонирующих музыкальных интерва-
лов. Нет ничего невероятного в том, что последнее открытие Гип-
пас сделал в результате экспериментов с медными дисками, по-
скольку в рамках того сообщества, которое организовал Пифагор, в
этом не было ничего из ряда вон выходящего: наряду с исследова-
нием демонстрация и доказательство абсолютно законны в рамках
школы.
И здесь же происходит неизбежное и закономерное явление: бу-
дучи один раз выделена и оправдана в рамках религиозно-фило-
софской школы, наука тут же стремится к обособлению и автоно-
мизации. По преданию, Гиппас разгласил учение школы, был из-
гнан из нее, более того - предан ритуальному погребению^.
<После разглашения, - продолжает Ямвлих (<О пифагорейской
жизни>, 88), - математические науки приумножились, в особенно-
сти их продвинули вперед двое: Феодор из Кирены и Гиппократ из
Хиоса. По словам пифагорейцев, геометрия была разглашена так:
один из пифагорейцев утратил состояние, и после этого несчастья
ему было разрешено зарабатывать преподаванием геометрии>.
Этот весьма характерный пассаж оказывается совершенно понят-
ным при той картине, которую мы получили на основании гораздо
более ранних свидетельств о пифагорейской школе: при наличии
внутри школы учебного процесса и культивировании техники ис-
следования, демонстрации и доказательства они вполне могут быть
^ Отметим, что имя Гиппаса отсутствует в Прокла и
в Порфирия, что, на мой взгляд, является еще одним
подтверждением того, что именно Прфирий - источник второй части веде-
ния комментария к Евклиду Прокла.
СТАТУС НАУКИ В ОРФИКО-ПИФАГОРЕЙСКИХ КРУГАХ 41
вынесены за пределы школы как без ее позволения, так и в соответ-
ствии с оным.
То же самое происходит и с толкованием священных поэтиче-
ских текстов: с одной стороны, на примере папируса из Дервени
мы знаем, что вплоть до IV в., т. е. до времени Платона, существо-
вали замкнутые общины, где орфические гимны и комментарии к
ним носили сакральный смысл; с другой - традиция толкования
того же Гомера стала популярной благодаря софистам, за плату
обучавшим обеспеченных юношей из благородных семейств. В
рамках этой традиции Гиппий занимается разбором букв и слогов,
ритмов и гармоний, а также наукой о звездах, небесных явлениях,
геометрией и вычислениями, как сообщается в
(285 с слл). Но это возможно только после того, как традиция пре-
подавания, соответствующим образом оснащенная, уже появилась.
Итак, после того как подлинная научная традиция в рамках ин-
ститута школы была создана, тут же оказалось, что она более не
нуждается для своего существования и развития в той специальной
сакрализованной сфере, благодаря которой возникла. В самом деле,
при наличии учебного процесса, опирающегося на уже записанные
(в частности, ионийцами) и собранные (одними из первых - Пи-
фагором и пифагорейцами) сведения по различным областям зна-
ния, которые наряду со священными текстами уже функционируют
в качестве учебных, в рамках школы начинается самостоятельное их
рассмотрение и тем самым начинается автономное существование са-
мой сферы научных занятий. И если теперь мы попытаемся ответить
на те вопросы, которые были поставлены в начале этой статьи, то об-
щая картина возникновения научной традиции у греков и ее соотно-
шение с философией и религией могут быть представлены так.
Период интенсивного собирания сведений по самым различным
областям знания, совпадающий с возникновением и развитием
прозы, характеризуется появлением ионийской ктторЩ, в рамках
которой создаются и развиваются рационалистические представле-
ния о мире, в значительной степени носящие деструктивный ха-
рактер по отношению к предшествующим традиционным авторите-
там и авторитетным текстам (поэтическим). Естественное развитие
этой традиции установления достоверных сведений практического
характера в конечном счете приводит к тому, что уже и мы приме-
нительно к грекам называем историей и что у еще ведомого нам
отца истории Геродота, последнего из писавших в традиции ионий-
ской taropl'n, почти не затронутой софистическим влиянием, было
тесно связано с этнографией и географией.
42 Ю.А.ШИЧАЛИН
Эта традиция трезвой рационалистической мысли вызывает ре-
акцию, проявившуюся, в частности, у пифагорейцев. Существо ее в
том, чтобы оградить сферу традиционных авторитетов, для чего
последние сакрализуются, а помимо того создаются фальсифика-
ции - древних теологов Орфея, Мусея, Ли-
на. Собирание и создание происходит в ис-
кусственных социальных новообразованиях: кружках придворных
интеллектуалов, орфических религиозных объединениях и пифаго-
рейских общинах.
Последние специально отличались тем, что помимо религиозной
практики и культивирования собирали и про-
заические сочинения ионийской традиции как ради апологетических
целей (ради того, чтобы показать, что все достижения современности
уже содержатся в древнейших текстах), так и ради самостоятельного
их изучения и исследования в рамках того политически активного и
тем самым социально защищенного союза, какими и были пифаго-
рейские кружки. Это новое отношение к мудрости получает назва-
ние философии и включает в себя благочестивое отношение к тради-
ции в сочетании с культивированным многознанием, многоучено-
стью. При этом рационалистические концепции лишаются их дест-
руктивной силы и получают свое законное место в пределах этого
философского взгляда на вещи: это место - педагогический про-
цесс, включающий в себя формирование общего благочестивого от-
ношения человека к миру и божеству, культивирование священных
текстов и отдельных областей знания, освященных тем, что они вхо-
дят в круг забот обособленных кружков, блюдущих свою социаль-
ную, религиозную и нравственную исключительность.
Но когда этот педагогический процесс, оснащенный толкуемыми и
используемыми для толкования текстами, становится реальностью
школьной жизни и устанавливается, т. е. когда рациональные подхо-
ды изымаются из сферы их практического функционирования и в
рамках школы получают самостоятельную разработку, тогда мы
можем говорить о возникновении автономной научной традиции,
не имеющей смысла нигде за пределами структуры <учитель -
изучаемый предмет - ученик>, т. е. за пределами школы.
lo. Заключение
Школьный характер античной науки - ее основная примета и
особенность наряду с сакрализацией самой научной деятельности в
рамках школы. Тот факт, что все школы в античности находились
СТАТУС НАУКИ В ОРФИКО-ПИФАГОРЕЙСКИХ КРУГАХ 43
под покровительством Муз, общеизвестен, общеизвестно и то, что
первый опекаемый государством научный центр в Александрии -
Музей. Не буду приводить в пример платоновское учение о квад-
ривиуме, вкупе с диалектикой, ведущей нас к созерцанию божества
(к уподоблению богу), поскольку у позитивистски ориентирован-
10 ... 51

Карта сайта

Последнее изменение этой страницы: 2018-09-09;



2010-05-02 19:40
referat 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная