6.4 Повседневная жизнь в электронном коттедже: конец городов? - Мануэль Кастельс Информационная эпоха: экономика,... 4 Повседневная жизнь в электронном коттедже: конец городов? их 6.5 Трансформация городской формы: информациональный город Учебный сайт
Учебные материалы


6.4 Повседневная жизнь в электронном коттедже: конец городов? - Мануэль Кастельс Информационная эпоха: экономика,...




6.4 Повседневная жизнь в электронном коттедже: конец городов?


Развитие электронных коммуникационных и информационных систем позволяет все более уменьшать зависимость между пространственной близостью и выполнением функций повседневной жизни: работой, покупками, развлечениями, заботой о здоровье, образованием, коммунальными услугами, надзором за детьми и т.п. Поскольку города лишаются своей функциональной необходимости, футурологи соответственно часто предсказывают закат города или по крайней мере города в том виде, в котором мы знали его до сих пор. Однако, как показывает история, процессы пространственной трансформации, конечно, намного сложнее. Поэтому стоит рассмотреть скудную эмпирическую информацию по этому предмету40.
Драматический рост работы через телекоммуникации (teleworking) является самым обычным допущением, касающимся воздействия информационной технологии на большие города, и последней надеждой плановиков городского транспорта, почти готовых смириться с неизбежностью мегапробок. Однако в 1988 г. один из ведущих европейских исследователей работы через телекоммуникации мог написать без тени юмора, что "имеется больше людей, исследующих работу через телекоммуникации, чем фактически работающих"41. На деле, как указывал Квортруп, все дебаты искажаются из-за отсутствия точности в определении, что такое работа через телекоммуникации. Это ведет к значительной неопределенности при измерении феномена42. Рассмотрев наличные данные, Квортруп выделяет три категории: а) "люди, которые заменяют работу, ранее выполнявшуюся в традиционной производственной обстановке, работой дома". Это и есть телеработники в строгом смысле слова (telecommuters); б) "самозанятые лица, работающие on-line из дома";
в) "лица, берущие на дом из своего офиса дополнительную работу". Более того, в некоторых случаях эта "дополнительная работа" занимает большую часть рабочего времени, например (согласно Крауту43), у университетских профессоров. По самым надежным подсчетам, первая категория "телеработников", stricto sensu (в строгом смысле слова) регулярно занятых работой on-line дома, в целом очень малочисленна, и не ожидается, что в обозримом будущем их число существенно возрастет44. В США, по самым завышенным расчетам на 1991 г., было около 5,5 млн. трудившихся на дому телекоммуникационных работников, но из этого общего числа только 16 % работали через телекоммуникации 35 ч или более в неделю, 25% трудились таким образом менее одного дня в неделю, наиболее частым случаем было два дня в неделю. Таким образом, количество работников, которые в любой данный день работают через телекоммуникации, колеблется, в зависимости от оценок, между 1 и 2% общей рабочей силы, причем наивысший процент показывают крупные метрополисы Калифорнии45. С другой стороны, по-видимому, появляется работа через телекоммуникации, порожденная сетевыми компьютерными центрами, разбросанными в пригородах метрополисов для работников, занятых on-line со своими компаниями46. Если эти тенденции подтвердятся, трудовая деятельность сможет значительно распространиться по всей территории метрополиса, увеличивая городскую децентрализацию, хотя дома, вероятно, не станут рабочими местами. Рост работы на дому может также принять форму надомной обработки информации на компьютерах, выполняемой временными сотрудниками и оплачиваемой сдельно, по индивидуальным субподрядным договорам47. Довольно интересно, что национальное обследование 1991 г., проведенное в США, показало, что менее половины "телеработников" пользовалось компьютерами, а остальные работали с телефоном, пером и бумагой48. Примером такой деятельности являются социальные работники и чиновники, расследующие мошенничества при получении социальных пособий в округе Лос-Анджелеса49. Безусловно важно (и находится на подъеме) развитие самозанятости и увеличение числа лиц, берущих дополнительную работу на дом, занятых полный либо неполный рабочий день. Как указывалось в предшествующих главах, это часть более широкой тенденции к дезагрегации труда и формированию виртуальных деловых сетей. И это подразумевает не конец офиса, но диверсификацию рабочих мест для большой части населения, особенно для его самого динамичного профессионального сегмента. Все более мобильное телекоммуникационное и вычислительное оборудование усилит эту тенденцию к "офису на ходу" в самом буквальном смысле50.
Как эти тенденции повлияют на города? Разрозненные данные дают основания предположить, что, по-видимому, транспортные проблемы осложнятся, а не облегчатся, поскольку растущая активность и сжатие времени из-за новой сетевой организации выражаются в более высокой концентрации рынков в некоторых районах и в большей физической мобильности рабочей силы, которая прежде в рабочее время была прикована к рабочим местам51. Время, затрачиваемое на поездки с работы и на работу, держалось в американских метрополисах на стабильном уровне не из-за совершенствования технологии, но из-за более децентрализованной структуры размещения рабочих мест и жилья, что позволяло создать менее напряженные потоки движения от пригорода к пригороду. В тех же городах, особенно в Европе, где над ежедневными поездками еще довлеет радиальная концентрическая структура (Париж, Мадрид или Милан), время на поездки резко увеличилось, особенно для людей, упрямо цепляющихся за автомобили52. Что касается новых, расползающихся метрополисов Азии, они вступают в информационную эпоху в сопровождении самых ужасающих транспортных пробок в истории - от Бангкока до Шанхая.
Телемагазины пока также дают меньше, чем обещали. Хотя этот вид торговли в большинстве стран и растет, на деле он скорее заменяет традиционный каталог заказов по почте, чем фактическое присутствие в пассажах и на торговых улицах. Как и другие виды деятельности, выполняемые on-line в повседневной жизни, телемагазины скорее дополняют, чем заменяют торговые районы53. Аналогичную историю можно рассказать о большинстве потребительских услуг on-line. Например, банковские операции с помощью телекоммуникаций54 распространяются быстро, главным образом под давлением банков, заинтересованных в ликвидации филиалов и замене

их

потребительскими услугами on-line и автоматическими кассовыми аппаратами. Однако консолидированные банковские филиалы продолжают существовать в качестве центров обслуживания, чтобы продавать финансовые продукты своим покупателям путем персонализированных отношений. Даже при связи on-line культурные характеристики местности могут оказаться важными для заключения информационно ориентированных трансакций. Так, First Direct, телефонный банковский филиал Midland Bank в Британии, расположен в Лидсе, ибо исследования показали, что "простое произношение Западного Йоркшира, со своими плоскими гласными звуками, но четкой дикцией и кажущейся внеклассовостью, будет более понимаемым и потому более приемлемым во всем Соединенном Королевстве - жизненно важный фактор для любого бизнеса, основанного на телефонной связи"55. Таким образом, система продавцов в филиалах, автоматизированных кассиров, обслуживания клиентов по телефону и трансакций on-line и составляет новую банковскую индустрию.
Здравоохранение представляет собой даже более интересный случай возникающего диалектического отношения между концентрацией и централизацией услуг, ориентированных на индивидуального потребителя. С одной стороны, экспертные системы, коммуникации on-line и видеопередачи с высокой разрешающей способностью позволяют получать медицинские услуги на больших расстояниях. Например, в практике, которая стала обычной, хотя в 1995 г. еще не рутинной, высококвалифицированные хирурги надзирают с помощью видеосредств за операциями, выполняемыми на другом конце страны или мира, буквально направляя менее опытную руку другого хирурга в человеческом теле. Регулярные проверки здоровья также проводятся через компьютер и телефон на базе компьютеризованной свежей информации о пациентах. Местные центры здравоохранения поддерживаются информационными системами с целью улучшить качество и эффективность работы на первичном уровне. Однако, с другой стороны, в большинстве стран крупные медицинские комплексы возникают в специфических местах, обычно в больших метрополисах. Организованные вокруг больших больниц, тесно связанные с медицинскими факультетами и школами медсестер, они объединяют в физической близости частные клиники, возглавляемые самыми выдающимися врачами больницы, радиологические центры, лаборатории, специализированные аптеки и довольно часто магазины подарков и морги, чтобы обслужить весь диапазон потребностей. И действительно, такие медицинские комплексы являются крупной экономической и культурной силой в районах и городах, где они расположены, и имеют тенденцию расширяться со временем на окрестности. Вынужденный переселяться, комплекс переселяется в целом56.
Парадоксально, но школы и университеты - это институты, наименее затронутые виртуальной логикой, встроенной в информационную технологию, несмотря на предсказанное квазиуниверсальное использование компьютеров в классных комнатах развитых стран. Но вряд ли классные комнаты растворятся в виртуальном пространстве. В случае начальных и средних школ дело в том, что они являются как центрами по уходу за детьми или приютами для детей, так и учебными учреждениями. В случае университетов это происходит потому, что качество образования еще ассоциируется и долгое время будет ассоциироваться с интенсивным взаимодействием лицом к лицу. Таким образом, крупномасштабный опыт заочных университетов независимо от их качества (плохого - в Испании, хорошего - в Британии) показывает, что это такая форма образования, которую люди выбирают, если не могут учиться в традиционных университетах. Эти формы могли бы играть значительную роль в будущей, лучшей системе образования для взрослых, но едва ли смогут заменить нынешние институты высшего образования.
Компьютерные коммуникации распространяются по миру широко, хотя, как отмечалось выше (в главе 5), географически крайне неравномерно. Некоторые сегменты обществ во всем мире, неизменно сконцентрированные в высшем профессиональном слое, взаимодействуют друг с другом, укрепляя социальное измерение пространства потоков57.
Нет смысла перечислять весь список эмпирических иллюстраций воздействия информационной технологии на пространственное измерение повседневной жизни. Из различных наблюдений возникает сходная картина одновременного пространственного рассеяния и концентрации через посредство информационных технологий. Как показывает обследование, проведенное в 1993 г. Европейским фондом улучшения жилищных условий, люди все чаще работают и управляют услугами из дома58. Таким образом, центральная роль дома ("домоцентричность") является важной тенденцией в новом обществе. Однако это не означает конца города. Поскольку рабочие места, школы, медицинские комплексы, предприятия, предоставляющие потребительские услуги, территории для отдыха, торговые улицы, торговые центры, спортивные стадионы и парки еще существуют и будут существовать, а мобильность людей, циркулирующих между всеми этими местами, возрастает именно благодаря новой, приобретенной свободе в организации работы и социальных сетей, время становится все более гибким, а места - все более уникальными по мере того, как люди циркулируют между ними все быстрее и свободнее.
Тем не менее взаимодействие между новой информационной технологией и текущими социальными изменениями оказывает существенное воздействие на города и пространство. С одной стороны, существенно трансформировалась городская планировка, но эта трансформация не следует единому универсальному образцу, она широко варьирует в зависимости от исторических, территориальных и институциональных контекстов. С другой стороны, упор на интерактивность между местами превращает пространственные структуры поведения в непрестанно меняющуюся сеть взаимодействий, которая лежит в основе возникновения нового рода пространства - пространства потоков. Здесь мне следует сделать анализ обоих аспектов более сжатым и поднять его на строго теоретический уровень.

40 Источники по темам, затронутым в этом разделе, см. в Graham and Marvin (1996).
41 Stienie (1988:8)
42 Qvortup (1992:8)
43 Kraut (1989).
44 Rijn and Williams (eds) (1988); Nilles (1988); Huws et al (1990).
45 Mokhtarian (1991a, 1991b); Handy and Mokhtarian (1995).
46 Mokhtarian (1991b).
47 См. Lozano (1989); Gurstein (1990).
48 Telecommuting Data form Link Resources Corporation, цит. по Mokhtarian (1991b).
49 Mokhtarian (1992:12)
50 The New Face of Business//Business Week (1994a:99ff).
51 Я опирался на сбалансированную оценку воздействий, сделанную Vessali (1995).
52 Cervero (1989,1991); Bendixon (1991).
53 Miles (1988); Schoonmaker (1993); Menotti (1995).
54 Silverstone (1991); Castano (1991).
55 Fazy (1995).
56 Lincoln et al. (1993); Moran (1990); Miller and Swensson (1995).
57 Batty and Ban- (1994); Graham and Marvin (1996).
58 Moran (1993).

6.5 Трансформация городской формы: информациональный город


Информационная эпоха возвещает новую городскую форму - информациональный город. Однако как индустриальный город не был всемирным повторением Манчестера, так и возникающий информациональный город не будет копировать Силиконовую долину, не говоря уж о Лос-Анджелесе. Однако, как и в индустриальную эру, несмотря на чрезвычайное разнообразие культурных и физических контекстов, в транскультурном развитии информационального города имеются общие фундаментальные черты. Я покажу, что благодаря природе нового общества, основанного на знании, организованного вокруг сетей и частично созданного из потоков, информациональный город является не формой, но процессом, процессом, который характеризуется структурным доминированием пространства потоков. Прежде чем развивать эту идею, необходимо, я полагаю, показать разнообразие возникающих в новый исторический период городских форм, чтобы противодействовать примитивному технологическому видению, когда на мир смотрят сквозь сетку бесконечных автомагистралей и оптико-волоконных сетей.

6.5.1 Последний фронтир Америки: пригороды


Образ гомогенного бесконечного пригородного/экс-городского пространства города будущего опровергается даже своим невольным образцом, Лос-Анджелесом, противоречивая сложность которого раскрыта в чудесной книге Майка Дэвиса "City of Quartz" 59. Однако к концу тысячелетия возникает мощная тенденция: вокруг американских метрополисов, на Западе и Юге, на Севере и Востоке волна за волной возникают пригороды. Джоэл Гарро подметил в своем журналистском рассказе о подъеме пригорода - Эдж Сити (Edge City), что эта пространственная модель в Америке повсюду имеет сходные черты, находясь в центре нового процесса урбанизации. Автор эмпирически описывает Эдж Сити сочетанием пяти критериев:
"Эдж Сити - это любое место, которое: а) имеет более пяти миллионов квадратных футов сдаваемой в аренду офисной площади - места работы в информационную эпоху; б) имеет шестьсот тысяч или более квадратных футов сдаваемой в аренду торговой площади;... в) имеет больше рабочих мест, чем спален; г) воспринимается населением, как единое целое; д) совершенно не походит на "сити", каким он был всего тридцать лет назад".
Автор рассказывает, что такие места растут как грибы вокруг Бостона, Нью- Джерси, Детройта, Атланты, Феникса, в Южной Калифорнии, в районе залива Сан-Франциско и Вашингтона. Это и территории для работы, и центры обслуживания, вокруг которых миля за милей простираются дома на одну семью со все боле плотной застройкой, где организуется "центральное положение" дома в частной жизни. Автор замечает, что эти экс-городские констелляции "связаны вместе не железными дорогами и линиями метро, но автомагистралями, скоростными магистралями и спутниковыми антеннами тридцати футов в диаметре. Характерный для них монумент - не конная статуя героя, но солнечные атриумы и тенистые вечнозеленые деревья во дворах штаб-квартир корпораций, центров здоровья и торговых центров. Новые урбанистические районы отмечены не пентхаузами старых городских богачей или лачугами старых городских бедняков, вместо этого характерное для них сооружение - это знаменитый изолированный дом на одну семью, пригородный дом, окруженный газоном, который сделал Америку цивилизацией, обладающей наилучшими жилищными условиями из всех, которые мир когда-либо знал"60.
Естественно, там, где Гарро видит неугомонный "дух фронтира", присущий американской культуре, всегда создающей новые формы жизни и пространства, Джеймс Говард Кунцлер видит господство достойной сожаления безликости, "географии нигде"61, вновь разжигая многолетний спор между сторонниками и противниками резкого отхода Америки от европейского наследия в сфере организации городского пространства. Однако для целей моего анализа я рассмотрю только два главных пункта этого спора.
Во-первых, развитие этих слабо связанных между собой экс-городских констелляций подчеркивает функциональную взаимозависимость различных единиц и процессов в данной городской системе, простирающейся на очень большие расстояния, минимизируя роль территориальной близости и максимизируя коммуникационные сети во всех их измерениях. В ядре американского Эдж Сити находятся потоки обмена62.
Во-вторых, эта пространственная форма и в самом деле очень специфична именно для американского опыта. Ибо, как признает Гарро, она встроена в классическую структуру американской истории, всегда подталкивающей к бесконечным поискам "земли обетованной" и ее заселению. Хотя чрезвычайный динамизм этого поиска действительно помог построить одну из самых жизнеспособных наций в истории, это было сделано ценой возникновения (со временем) ошеломляющих социальных проблем и проблем окружающей среды. Каждая волна социального и физического эскапизма (например, бегство из городских центров, оставившее низшие общественные классы и этнические меньшинства запертыми в руинах) углубляла кризис американских городов63 и затрудняла управление чересчур растянутой инфраструктурой и подвергающимся чрезмерным стрессам обществом. Если строительство тюрем, арендуемых частными компаниями ("jails-for-rent") в Западном Техасе, не считать благим процессом, дополняющим сокращение социальных и физических инвестиций в центры американских городов, fuite en avant ("бегство вперед") американской культуры и пространства, по-видимому, дойдет до предела, т. е. до отказа смотреть в лицо неприятной реальности. Таким образом, профиль американского информационального города представлен не только феноменом Эдж Сити, но и отношением между быстрым развитием новых "экс-городских" районов, упадком городских центров и старением искусственной пригородной среды64.
Европейские города вошли в информационную эпоху по другому пути пространственной перестройки, связанному с их историческим наследием, хотя они столкнулись с новыми проблемами, не всегда резко отличающимися от проблем, возникающих в американском контексте.

59Davis(1990).
60 Garreau (1991)
61 Kuntsler (1993).
62 См. сборник статей Caves (1994)
63 Goldsmith and Blakely (1992).
64 Fainstein et al. (eds) (1992); Gottdiener (1985).
1 ... 53 54 55 56 57 58 59 60 ... 77
Карта сайта

Последнее изменение этой страницы: 2018-09-09;



2010-05-02 19:40
referat 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная