Правду, увидит суть даже там, где её пытаются скрыть. К ищущему Правду, Свет Истины пробьется и через густую тьму, даже если вся тьма воспротивится этому Свету. Ибо пришло время открыть - 7 «В свободе нет пользы для человека, коль он слеп к своей душе»;
Учебные материалы


Правду, увидит суть даже там, где её пытаются скрыть. К ищущему Правду, Свет Истины пробьется и через густую тьму, даже если вся тьма воспротивится этому Свету. Ибо пришло время открыть - 7



Понимаете, что происходило?! Способные люди стали интенсивно выдвигаться на передний план, начиная от высших эшелонов власти и заканчивая низшими, начиная от управленческих структур государства и заканчивая наукой, образованием, медициной и искусством. В обществе стало модным быть нравственно воспитанным, вежливым, умным, грамотным, ставить перед собой высокие цели. А почему? Потому что государство стало активно поощрять моральные и интеллектуальные достижения своих граждан.


Но Имхотеп пошёл ещё дальше.

Мало того, что он заинтересовал человека в повышении свого профессионализма, он ещё и поднял его значимость в лице других людей. Он сделал почётной чуть ли не каждую профессию и тем самым заставил людей уважать себя и свой труд, вне зависимости на какой ступеньке социальной лестницы они стояли, к какому классу принадлежали.

Благодаря этому, повысилась, в первую очередь, культура общения между людьми. Все классы общества стали поддерживать деловую дисциплину, уважать закон и порядок. Имхотеп сотворил такие условия, что люди теперь были больше озабочены улучшением нравственности и качества своего труда. А в результате все были заняты делом на благо государства, начиная от фараона, который весь день занимался общественными делами … Кстати говоря, именно благодаря Имхотепу, он прекратил воевать, ибо как говорил Имхотеп «речь сильнее оружия»… Даже каждый принц в системе госзанятости Имхотепа, получал конкретный общественный пост, где от него требовалось эффективно выполнять свои обязанности. Ибо фараоном было объявлено (не без подсказки ему этой идеи Имхотепом), что только достойный наследник займёт его место. А это, в свою очередь, стимулировало жен фараона активно помогать своим сыновьям в общественных делах, дабы именно их сын стал достойным трона. Такая общественная нагрузка и ежедневная занятость жен фараона была только во благо государства. Ведь, как известно, праздный мозг — мастерская дьявола. А тут интриги и козни уступили место деловой хватке и здоровой конкуренции.
Так вот, все были заняты, начиная от фараона и заканчивая простым человеком. И бездельникам, лентяям, хапугам и ворам больше не было места в этой стране, ибо исчезли условия для их процветания и уже само общество отвергало их. И как следствие такой мудрой политики Имхотепа, для людей этого государства наступила эпоха стремительного прогресса.
Но самым беспрецедентным была та идеология, которая благодаря Имхотепу, установилась в обществе. Причём, в отличие от перечисленных его заслуг, Имхотеп специально даже не занимался таким массовым её внедрением в народ. Он всего лишь был тем, с кого люди желали брать пример: жил просто, говорил мудро и поступал справедливо, по-человечески. За что он и его мировоззрение приобрело столь широкую популярность среди народа.
Именно благодаря широкой славе Имхотепа идеалом древнего египтянина стал считаться его образ, то есть человек немногословный, мудрый, стойкий к лишениям и ударам судьбы, с гуманистическими взглядами, глубоко человечный, с абсолютной верой в послесмертное существование души. Многие люди последующих поколений (не говоря уже о тех, кто жил в его время) были воспитаны на таких популярных пословицах и изречениях Имхотепа как:

«Лучше быть бедным и жить в пустыне, но с лотосом в душе, чем быть богатым и жить среди людей, но с пустотой в душе»;


«В свободе нет пользы для человека, коль он слеп к своей душе»;


«Заслуги измеряются по деяниям, совершенным тобою»;


«В час испытаний не ищи друзей и не проклинай врагов, а уповай на Бога»;


«По рабству тоскует лишь тот, кто жаждет свергнуть царя, давшего ему свободу»;


«Процветает тот, кто помогает людям, пребывающим в нужде,


а не тот, кто заставляет других бояться себя».


И многие другие изречения Имхотепа, которые использовали в своих «поучениях» жрецы и визири последующих поколений, поскольку слова Имхотепа были весьма популярны в народе и передавались из уст в уста, из поколения в поколение.
Имхотеп довольно лояльно относился ко всем религиозным концепциям государства. Он заслужил неподдельное уважение и расположение к своей особе не только фараона, но и влиятельных жрецов различных религий, поскольку даже в отношении политики жрецов он вёл себя очень тонко и мудро. Сам же он занимал твёрдую позицию веры, базирующейся на Знании. В нём не было сомнений в том, что он говорил, в нём не было двуличности, как это просматривалось у многих жрецов и вельмож. В нём чувствовался Человек Знания. Поэтому для многих людей, нашедших в нём этот невидимый, но вполне ощущаемый фундамент веры, Имхотеп стал открывателем Истин. Именно во многом благодаря его стилю жизни и мировоззрению в понятия египтян вошла абсолютная уверенность в том, что эта жизнь временна, и она дана для того, чтобы человек своей праведностью, честностью мыслей и поступков перед Богом (а не перед людьми) заслужил лучшую жизнь в загробном мире. В этом обществе верования в загробную жизнь стали доминирующими.
Конечно же, такая вера родилась не на пустом месте. Вера в загробную жизнь бытовала у египтян с древнейших времён и первоначально, как я вам уже говорил, была основана на знаниях. Просто со временем знания частично утратились, и эти верования приняли форму путанной и непонятной религии. Поэтому большинство людей, так сказать по инерции поклонялись древним богам, зачастую не понимая и не вникая в саму религию. Это было для них всего лишь дань традиции предков, не более того. Однако, благодаря невидимой работе Имхотепа, всё изменилось.
— Невидимой работе? В смысле, как это невидимой? — поинтересовался Костик, так же как и мы увлеченно слушавший Сэнсэя.
— Минуточку терпения, сейчас об этом расскажу. — Сэнсэй сделал несколько глотков минеральной воды и продолжил повествование. — Все перечисленные заслуги Имхотепа — это была лишь видимая часть из той огромной работы, которую он успел сделать за свою жизнь. Но более ценная и значимая была та невидимая работа, которая тщательно скрывалась от посторонних глаз. Высокая должность открывала Имхотепу реальную возможность внести свою лепту в реализацию поведанного Сокровенником глобального архитектурного проекта мирового масштаба, который мог оказать неоценимую помощь человечеству далёкого будущего.
— Надо же какой широкой души был этот человек, — задумчиво сказал Николай Андреевич. — Находясь на вершине власти, думал, в первую очередь, о простых людях, заботился о будущем человечества. Где нынче сыщешь в верхах такого порядочного человека?
Сэнсэй кивнул, однако не стал заострять на этом внимание, продолжая свой рассказ.
— Имхотеп в решении этого сложнейшего вопроса тоже поступил очень мудро. По сути видимая часть его работы — это есть подготовка к основной работе. Ведь создать то, что хотел Имхотеп, возможно было лишь в условиях высокоорганизованного общества. Так вот, как он поступил. Досконально изучив нравы и психологию правящей элиты — жрецов и в особенности фараона, он, сыграл на их же слабостях ради реализации своих планов, которые впоследствии принесли неоценимую духовную помощь многим людям. Имхотеп предложил Джосеру на то время совершенно небывалый по размаху проект, от которого фараон просто не смог отказаться. Поскольку Джосер, так же как и другие египтяне, по своей вере должен был заботиться, в первую очередь, о своей жизни после смерти и как это было принято у фараонов, он обязан был построить себе гробницу ещё при своей жизни. Имхотеп подал ему идею — воздвигнуть необычную усыпальницу. Необычность заключалось в том, что это была не просто мастаба…
— Мастаба? А что это такое? — вежливо поинтересовался Юра.
— Вначале это были прямоугольной формы деревянные гробницы египтян. Потом гробницы стали делать из кирпича, превращая в целые сооружения с декоративными нишами, указывающими на место захоронения и закрывающие его. Хотя «мастаба» — это не египетское, а арабское слово означающее «скамью». Эти сооружения так прозвали арабские рабочие, работавшие с археологами в Египте в XIX веке.
Так вот, Имхотеп предложил Джосеру построить вместо привычной усыпальницы ступенчатую пирамиду, да не из простого сырцового кирпича, который тогда был распространённым строительным материалом, к тому же непрочным, а из тесаного камня, что предполагало долговечность. В те времена для Египта — это было революционным решением. Идея Имхотепа построить «лестницу, сброшенную с небес для божественного восхождения фараона» настолько вдохновила Джосера, что он распорядился немедленно начать работы, не жалея на это средств, поручив строительство самому Имхотепу. И это притом, что для Джосера уже была построена большая кирпичная мастаба в Абидосе — месте, где традиционно хоронили фараонов.
— Ну да, это называется, Имхотеп проявил инициативу, ему и поручили, — усмехнулся Стас. — Говорят же, инициатива всегда наказуема!
— Но только не в этом случае, — возразил Сэнсэй. — Имхотеп был более всех заинтересован в этом проекте. Он смог заинтересовать в нём не только фараона, но и влиятельных жрецов, поскольку данный проект предполагал строительство кроме необычной усыпальницы для фараона, целого комплекса, включающего в том числе и храмы. Да ещё за счёт фараоновой казны. А, следовательно, это обеспечивало жрецам будущий доход от служения в этих храмах. Более того, он включил в план строительства даже огромное зернохранилище, так сказать, государственного уровня. И надо отметить, что впоследствии, благодаря большим запасам хранящегося там зерна, египтяне достаточно безболезненно переживали годы неурожая и засухи.
Место, выбранное Имхотепом для строительства данной усечённой пирамиды, было отнюдь не случайным. Оно располагалось на краю плоскогорья, того самого плоскогорья, на котором в нескольких километрах к северу находился Большой Сфинкс. Имхотеп, объясняя план строительства фараону, жрецам и вельможам, мотивировал выбор этого места на пустынном плато якобы более близким расположением к Мемфису и прекрасным видом, который открывается оттуда на Мемфис. На самом же деле, это место точно соответствовало одним из отмеченных земных географических координат на «звёздной карте», открытой ему ещё Сокровенником. Большой Сфинкс, воздвигнутый задолго до этого времени (а не после жизни Имхотепа, как сейчас предполагают, якобы во времена строительства больших пирамид!) являлся важным ориентиром для выверенного и точного месторасположения данной усеченной пирамиды.
Так вот, это грандиозное строительство было специально растянуто не на одно десятилетие. Почему? Потому что мало построить этот объект, нужно чтобы он ещё и «заработал». А для этого необходимы было самое главное в этом деле — высокодуховные люди, причём как мужчины, так и женщины. На их воспитание и обучение Имхотеп потратил много лет, из-за чего он растягивал в принципе и сроки данного строительства, объясняя элите такую задержку улучшением и модернизацией своего архитектурного плана.
— Значит, первичным и важным для Имхотепа были сами люди, — уточнил Николай Андреевич.
— Безусловно. Так вот, как поступил Имхотеп... Он собрал со всего Египта лучших мастеров в своих профессиях, а им в помощники — лучших по нравственным качествам людей (и мужчин и женщин), и организовал для них не только постоянную занятость, но и иные, более лучшие условия проживания, подняв их социальную значимость для государства. Имхотеп развернул не просто стройку. Это было нечто вроде нынешнего государственного предприятия с полным комплексом социального обеспечения, начиная от решения бытовых проблем человека и заканчивая качественным медицинским обслуживанием. И на этом огромном предприятии, на котором работали и пекари, и врачи, и писари, и учётчики, и скульпторы, и каменщики, и люди других специальностей, хватало занятости всем, как мужчинам, так и женщинам.
— Так они же были там все рабами и рабынями! — с удивлением изрёк Костик. — Особенно женщины.
— Отнюдь, — возразил Сэнсэй. — Этот комплекс строили свободные люди. И к женщине в Древнем Египте, вопреки бытующему ныне мнению, относились с особым уважением. Она имела высокое моральное положение в обществе, в первую очередь, как мать и продолжательница рода, а также имела права в обществе наравне с мужчинами. Женщина могла выбрать себе любую профессию, которая ей нравилась. Талантливые женщины становились верховными жрицами, врачами и даже зодчими.
— Секундочку, — проявил заинтересованность в этом вопросе Николай Андреевич. — Получается, что в Древнем Египте были верховные жрецы и верховные жрицы?
— Да. Высший жрец, к примеру, в том же Иуну, именовался как Ур Маа, а высшая жрица — Ур-т Текхент. Их статус и уровень знаний был равносилен статусу людей высших учёных степеней.
— Ты хочешь сказать, что это были люди науки, в том числе и женщины?! — ещё более удивленно произнёс Николай Андреевич.
— А что тебя смущает? — в свою очередь спросил Сэнсэй.
— Нет, ну я как-то читал, что в древние времена, если женщина и участвовала в каких-то религиозных обрядах, то её роль обычно сводилась к исполнению церемониальных танцев, в крайнем случае, обеспечению служб музыкальным сопровождением. Но, как правило, особенно в тех храмах, чей бог был связан с плодородием, её родом занятий была так называемая «священная проституция».
— Это явление имело место в действительности, но лишь в качестве отголоска и пустого подражания людьми так называемых «актов божественной силы», которые проходили в тайной организации Имхотепа среди узкого круга посвящённых, где женщины играли ведущую роль. Таких таинственных людей Имхотепа, называли «обладатели священных сил» — жрецы Ур Хеку и жрицы Ур-т Хекау, поскольку божественную силу, которую они получали свыше при этих «актах силы», называли Хека. Данные люди являлись не только накопителями и хранителями этой божественной силы, но могли передавать её предметам, «освящая» их, а также, благодаря этой силе, помогать больным людям в исцелении. Поэтому, они были ещё и врачами, и не простыми, а универсальными и самыми сильными среди древних медиков, хотя эти люди всего лишь пользовались чистыми Знаниями. Я тебе как-нибудь позже расскажу об этом подробнее.
— Простите, а почему такие ограничения в Знаниях в иерархии медиков? — официальным тоном поинтересовался Николай Андреевич.
— Потому что эти Знания доверялись только духовно чистым людям. И таинство получения Силы хранили в глубокой тайне. Поскольку эта Сила, она и есть Сила. Она как строительный молоток — может применяться для созидания, а может — для разрушения. Всё зависит от Мастера, который держит этот молоток в своих руках.
— Разумно, — заметил Николай Андреевич.
— А что касательно людей науки в те времена — да, талантливые женщины тоже добивались значительных успехов на этом поприще. Взять ту же медицину. Даже сегодня ты можешь найти упоминание о том, что «первую в истории врача-женщину, практиковавшую в Мемфисе в III тысячелетии до новой эры, звали Песечет». Хотя на самом деле это была далеко не первая женщина-врач, просто археологи нашли единственное более раннее документальное упоминание об этом, поэтому и назвали эту женщину первой… Медицина же в то время считалась священной наукой и её изучали при храмах. Считалось, что выздоровление человека зависело не только от врачебных практических знаний, но и от божественной воли, поэтому помимо медицинских знаний медики изучали священные тексты. Жрец-врач не имел право начать лечение больного, не прочитав молитву.
— Молитву? — вновь зацепился за слово наш психотерапевт. — Но, насколько мне известно, в религии Древнего Египта практиковались колдовство и заклинания.
Сэнсэй улыбнулся и, включившись в эту игру «официального тона», ответил:
— Доктор, у Вас просто неверное представление о реальной действительности того времени. И позже Вы поймёте почему. И не просто поймёте, а найдёте необходимые ориентиры, по которым сами доберётесь до исчерпывающей Ваши сомнения правды о том времени. А пока замечу, что колдовство в Древнем Египте было запрещено. Существовали чёткие разграничения божественного мистицизма, который был основан на знаниях древних, молитве и кропотливом духовном труде в служении Богу, и колдовства, которым в основном занимались любопытные миряне из своих эгоистических побуждений, а также колдуны или так называемые «чёрные маги» — люди, обладавшие определёнными знаниями и использовавшие их в корыстных целях против других людей. Более того, присутствовало твёрдое убеждение, что колдовство наносило вред душевному здоровью человека. И, кстати говоря, существовала даже такая «специализация» жрецов, называвшихся Уаб Сехмет. Они специально занимались «нейтрализацией» деятельности чёрных магов. Отголоски этой жреческой «специальности» можно наблюдать и в современном мире. Похожее практикуют нынешние священники, занимающиеся экзорцизмом.
— Хорошо, но ты же не будешь отрицать, что в Древнем Египте практиковались магические предсказания будущего, астрология, в конце концов?! — не унимался Николай Андреевич.
— Буду, — твердо, но с улыбкой заявил Сэнсэй. И тут же пояснил. — Эти явления были, но они имели совершенно другой подтекст, нежели это трактуется сегодня. Ну вот, к примеру, предсказания. Одна из «заповедей» египтян гласила о том, что человеку запрещалось пытаться узнать будущее и прибегать к услугам гадателей. В правилах для жрецов было записано: «Не пытайся узнать того, чего ещё не стало». Более того, титул высшего жреца (которым впоследствии был награждён и Имхотеп) именовался Ур Маа, что означает «Великий провидец». Но деятельность данного жреца не была связана с магическими предсказаниями. Его цель заключалась в правильном истолковании уже произошедших событий, для того чтобы «понять волю Бога, от которой зависело будущее». Поскольку египтяне весьма внимательно относились к произошедшим каким-то значимым событиям, «знамениям» и сновидениям, считалось, что через них Бог пытается о чём-то предупредить людей. И, хочу отметить, что древние египтяне на основе этого поверья были вообще весьма наблюдательными людьми, как по поводу природных явлений, так и социальных. Выявление аналитических закономерностей носило форму «предсказаний». То же касалось и «астрологии». «Астрология» того времени не была «прорицательская». В общем всё это скорее можно назвать научным прогнозированием в аграрных, астрономических, медицинских вопросах. Ведь именно жрецы в то время занимались развитием науки как таковой.
— Так всё-таки, кто были жрецы — религиозные деятели или учёные? — спросил Виктор.
— И те и другие. У них вообще была особая жреческая структура. Высшие жрецы являлись религиозными деятелями, которые занимались общими вопросами религии, политики и науки. Также в этой структуре имелись жрецы-учёные, жрецы-врачи, жрецы-писари, жрецы-хозяйственники, жрецы-священники, проповедники. Кстати, как раз последние на храмовых службах зачитали верующим «божественные законы», религиозные «поучения» и давали наставления.
— Хм, надо же, как похожа структура с нынешними религиями, — заметил Виктор.
— Ну а ты как думал, — с улыбкой произнёс Сэнсэй.
Николай Андреевич же проговорил с некоторой долей скептицизма:
— М-да, я представляю, если в современном мире с приоритетом научных знаний врач начнёт читать молитву перед тем, как лечить больного. Получится несостыковочка…
— Несостыковочка?! — усмехнулся Сэнсэй. — А вам известно, доктор, что даже те, кого ныне считают в мировой медицине самыми прагматичными людьми, я имею в виду хирургов, работа которых связана с живой материей… и не просто хирургов, а выдающихся хирургов.., молились до операции, во время операции и после операции. И молятся до сих пор за здоровье своих пациентов. Ибо знают на собственном опыте, какими бы высокими профессиональными качествами не обладал врач, но многое в его практике зависит от воли Свыше.
— Да? — искренне удивился Николай Андреевич и задумчиво промолвил. — Не знал, не знал…
— Но мы немного отвлеклись от главного дела Имхотепа, — вернулся к основной теме Сэнсэй. — Благодаря такому грандиозному, беспрецедентному строительству и привлечению к этому делу лучших людей Египта, у Имхотепа появилась возможность отобрать себе в личные ученики лучших из лучших как мужчин, так и женщин, тех, в ком просматривались зёрна духовности и человечности. В эту группу, которую взялся обучать лично Имхотеп, входили люди разных специальностей, но первоначально её основу составляли каменщики. Поэтому Имхотеп и назвал условно свою группу «Свободные каменщики», то есть те, кто стремился к свободе души, и приобретал твёрдую, как монолит камня, веру и знания.
Постепенно родилась и символика «Свободных каменщиков» Имхотепа, которую потом так лихо скопировали себе «Вольные каменщики» от Аримана: фартук каменщика, камень, молот, пирамида с всевидящим оком (древний знак Шамбалы, а для каменщиков Имхотепа это принадлежность к светлым, духовным силам), Феникс, Сфинкс (а у «Вольных каменщиков» потом стал лев), лапа Сфинкса (львиная лапа), числа 3, 7, 13, 33 (это количество людей, образующий определённый круг силы) и другие. Они узнавали друг друга по определённым словам, знакам и прикосновениям, и это потом взяли себе на вооружение «Вольные каменщики». Кстати говоря, ставший популярным у «Вольных каменщиков» знак пентаграммы — равноугольная пятиконечная звезда — был одним из важнейших символов у «Свободных каменщиков», но в корне отличающийся по трактовке. Дело в том, что по изначальным знаниям науки «Беляо-Дзы» звезда — это есть символ женского божественного начала, круг же обозначает бытие, Вселенную. Звезда в круге — это и есть присутствие женского божественного начала в круге бытия. Кроме того, женское начало рассматривалось и как сосуд для реинкарнаций, а женщина — дарящая силу и жизнь. Почему в Древнем Египте и стали обозначать звездой в круге царство Дуат, как царство перерождений человеческих душ.
Так вот, возвращаясь к Имхотепу. Он сколотил сильное ядро тайной организации под названием «Свободные каменщики», то есть людей вольных от материи этого мира, духовно свободных. Основной целью их движения было постижение именно духовных этапов совершенствования. И, несмотря на то, что данные люди поклонялись разным религиозным богам, поскольку в Египте, как я уже говорил, в то время почти в каждом городе, каждом храме поклонялись своему богу, грубо говоря, было многобожие, но благодаря Имхотепу, который открыл им тайные знания, все они, сохраняя внешнюю принадлежность к своим богам, на самом деле поклонялись лишь одному Богу Единому, которого втайне называли «Великим Зодчим Мироздания».
Окрепнув в духовных практиках и получив Знания, личные ученики стали ему надёжными помощниками в его духовной работе. И когда они начали оказывать различную помощь людям, слава об Имхотепе ещё более разрослась по Египту, ибо сами его ученики по меркам людей творили невероятные чудеса, начиная от излечения тяжёлых больных и заканчивая их необычным влиянием на людей и даже погоду. Когда информация об этом тайном обществе, что называется, просочилась в народ, многие люди задались целью попасть в личные ученики к Имхотепу. Хотя сам Имхотеп отрицал всяческие слухи по поводу существования подобной организации и тем более какого-то своего «тайного» обучения других людей.
— А почему? — изумилась Татьяна.
— Ну, во-первых, чтобы обезопасить своё духовное «детище» от Архонтов и некоторых влиятельных людей — противников политики Имхотепа, мечтавших о старых временах своей безнаказанной воровской деятельности. А во-вторых, Имхотеп слишком хорошо знал природу самих людей, скоротечность их желаний: сегодня они загораются в духовных порывах, а через некоторое время снова тухнут, склоняясь к реализации желаний своего Животного начала. А те Знания, которые поведал Имхотепу Сокровенник Шамбалы, требовали твёрдости и устойчивости в духовных намерениях человека и самое главное чистоту помыслов и желаний. Кроме того, многие люди желали обучаться у него именно потому, что хотели тайно обладать этими знаниями лишь для получения силы и власти над другими людьми, дабы реализовывать какие-то свои меркантильные, эгоистичные цели и задачи. Поэтому Имхотеп никогда не брал тех, кто жаждал у него обучаться на порывах сиюминутного, одномоментного вдохновения. Он гнал таких «желающих», что называется «поганой метлой», вне зависимости хороший это был человек с истинно духовными намерениями на данный момент или плохой со своим комплексом манечки. — Сэнсэй усмехнулся и уточнил. — Вернее даже сказать не метлой, а посохом, с которым он не расставался.
— Посохом?! — враз встрепенулись старшие ребята.
Сэнсэй утвердительно кивнул и ответил на невысказанный вопрос ребят:
— Этот человек в совершенстве владел так называемым ныне стилем «Старый лама».
— Да, не сладко приходилось приставучим, — весело сказал Володя.
— Ну так, посох не сахар, — так же ответил Сэнсэй. — А если говорить серьёзно, то такая предосторожность Имхотепа в отборе людей была отнюдь не случайна. Вообще, как люди чувствуют Человека Знания необъяснимым для себя образом, так и Человек Знания «видит» желания людей и чувствует их… скажем так, зрелость в духовном отношении. Есть превалирующий определяющий фактор в этом деле — это внутренний выбор, как с одной, так и с другой стороны. Если он совпадает, значит, данный человек пойдёт с Человеком Знания в одном направлении.
— Не понял, как это? — спросил Андрей.
— Вот, к примеру, когда к Имхотепу приходили люди и высказывали ему свои пожелания у него обучаться, он отнекивался, как мог, но наблюдал за их поведением и реакцией на этот отказ. У многих же проскальзывали мысли, вроде такой: «Ну вот же Я! Я хочу познать тайны! Учи Меня!». Такие люди, как правило, своим напыщенным эгоцентризмом, сами того не замечая, сразу вызывали неприязнь и отторжение. Но были и те, у кого слова лились не от разума, а от сердца, от души. К таким Имхотеп присматривался, но какое-то время всё равно не подпускал к себе близко, дабы проверить, истинны ли намерения человека, действительно ли устойчив его выбор, дабы решение человека было зрелое и вполне осознанное. И, как правило, такие люди, очевидно, подсознательно чувствуя это, настойчиво пытались быть у него на виду и всей душой стучать в двери Знания. И, в конце концов, они добивались своего. Ибо, как говорится, нет такой двери, которая бы не открылась, если настойчиво в неё стучать.
— Понятно, что к нему в ученики трудно было попасть. Если он занимал такой высокий пост в государстве, к нему вообще трудно было попасть, — высказался Николай Андреевич.
— Вот в этом ты ошибаешься, — возразил Сэнсэй. — Имхотепу, несмотря на его высокий пост, приходилось довольно часто выходить в люди и общаться с простым народом, дабы быть в курсе происходящих реальных процессов и событий в обществе. И посох был его единственным «сопровождающим».
— Подожди, ты хочешь сказать, что Имхотеп, будучи в государстве первым человеком после фараона сам выходил в народ и общался с ним напрямую? Без свиты? — удивлённо промолвил Николай Андреевич.
— Совершенно верно, — подтвердил Сэнсэй. — Причём он посещал не только крупные города, но и довольно отдалённые поселения и был в курсе реального положения дел в государстве.
— А что, разве его помощники не докладывали ему о реальном положении дел в государстве?
— Почему не докладывали? Докладывали, и не один раз в день. И, тем не менее, Имхотеп, хорошо зная людей, перепроверял многие сведения лично, из-за чего ввести его в заблуждение или обмануть в каком-либо вопросе было практически невозможно, даже более того чревато последствиями для того «помощника», который бы осмелился на такой шаг.
Так что даже простой человек мог подойти к нему и пообщаться о насущных проблемах. Поэтому, Имхотеп, как главный визирь государства, был не просто уважаем в народе, но и вполне доступен для общения с ним… Так вот, что я хотел сказать по поводу его посоха. Имхотеп не расставался со своим обычным посохом. Но на тайных собраниях «Свободных каменщиков» он был с совершенно другим посохом, тем, который в древние времена имели бодхисатвы Птах и Осирис. Данный посох выглядел как две переплетённые друг с другом змеи, поднимающиеся вверх, а венчал посох круглый диск с крыльями сокола. Две змеи обозначали одновременно и Стражей духовного пути, и работу древних структур мозга человека, а крылатый диск символически означал тех, кто принёс эти духовные знания на Землю и открыл их людям. На диске имелся знак Шамбалы, в который был помещен особый кристалл.
— Особый кристалл? А что за кристалл? — поинтересовался Николай Андреевич.
— Это, конечно, интересная тема, но о ней я расскажу как-нибудь потом, — загадочно ответил Сэнсэй и продолжил. — Так вот, что касательно этого посоха. Впоследствии им владели духовные приемники Имхотепа до того времени, пока Ариман с помощью Архонтов не развалил всю духовную основу данной организации, построенную Имхотепом. Когда Архонты стали стремительно превращать организацию «Свободных каменщиков» в аримановскую структуру, последний из последователей Имхотепа успел снять кристалл с посоха ещё до того, как сам посох попал в руки «Вольных каменщиков». А поскольку последние во всю использовали знаки и предметы «Свободных каменщиков» в качестве личной символики, лишь слегка их видоизменив, то данный таинственный посох использовался и в их собраниях и служил отличительным символом высшей власти его обладателя. Но это уже была всего лишь пустая атрибутика, не более того. А когда организация «Вольных каменщиков» значительно разрослась, и начали образовываться другие так называемые ложи, глава их организации уже прилюдно выходил с данным посохом. При этом всем посвящённым людям было понятно, что обладатель этого так называемого ими «жезла» был их «верховным жрецом». Однако этот символ стал привлекать внимание и непосвященных людей. И для того, чтобы у последних не возникало лишних вопросов, были придуманы различные легенды о происхождении этого посоха. Так возникли и античные легенды, где согласно Гомеровским Гимнам сын Зевса, вестник олимпийских богов, покровитель пастухов, торговли и прибыли — Гермес получил жезл («кадуцей») от самого Аполлона…
— Это было описано у Гомера? — уточнил Костик, услышав знакомое ему имя автора, и хвастливо произнёс: — О! А у меня дома есть его поэмы «Илиада» и «Одиссея»!
— Кстати говоря, насчёт Гомера, — сказал Сэнсэй. — Человека-поэта с таким именем на самом деле никогда и не было. «Гомер» — это псевдоним. Само слово произошло от преобразования греческого слова homilia, что означает «беседа», «религиозная проповедь нравоучительного характера». Кроме того, на других греческих диалектах это слово имеет ещё несколько значений — «заложник», «поэт», «слепец». Под псевдонимом «Гомер» работала целая группа под руководством представителей от Архонтов. Их целью и задачей было создание таких произведений, которые под прикрытием популярных древних легенд, известных исторических фактов внедрили бы в психологию людей выгодную Архонтам идеологию и соответственно оказали влияние на формирование определённого мировоззрения у народов, предрасполагающего к религиозному и политическому главенствованию Архонтов.
— Ничего себе! — изумился Виктор.
— Получается, они создавали нечто вроде «священной книги», как «Ветхий Завет»? — озадаченно промолвил Николай Андреевич и тут же заметил. — Кстати, действительно весьма схожа техника: и популярные древние легенды, и исторический материал…
— Религия для слепцов?! — усмехнулся Женя.
— Зоркий ты наш! — с иронией отозвался Виктор.
— Вот видите, немного внимания и наблюдательности и вы уже начинаете понимать что к чему, — вновь сделал акцент на этих словах Сэнсэй. — Произведения «Гомера» оформлялись практически в то же самое время, что и «Ветхий завет». Просто первое писалось для психологии, скажем так «западного человека», а второе — для «восточного человека». Хотя и то и другое писалось под контролем одной и той же организации, одними методами, но с несколько иным ракурсом зрения и способов подачи материала, так сказать с учётом всех этих психологических нюансов. А чтобы не афишировать источник возникновения таких книг, всю славу по письменному оформлению «великих произведений Гомера» приписали правившему тогда афинскому тирану Писистрату, который, как преподносит ныне история, в VI веке до нашей эры создал целую комиссию по записи гомеровских поэм, якобы существовавших до этого в устной передаче.
— Да?! — удивленно изрек Николай Андреевич. — Это становится весьма интересным.
Было видно, что эта информация даже для него явилась неожиданной новостью.
— А что там плохого, в Гомеровских поэмах?! — недоуменно проговорил Костик и тут же стал нахваливать эти книги. — Там всего лишь безобидные древнегреческие легенды, мифы о богах и героях. Даже Платон назвал Гомера воспитателем Греции!
— Платон?! — усмехнулся Сэнсэй и добродушно махнул рукой. — Ладно, не будем трогать Платона, сами как-нибудь на досуге о нём почитаете и всё поймёте. А что касательно «безобидных» мифов… Для простого обывателя, который вторит рекламе именитых мужей, они конечно кажутся не просто «безобидными», но и «гениальными» поэмами, даже если он их никогда в жизни и не читал. — При этих словах Костик как-то несколько осунулся и сконфуженно спрятал глаза от Сэнсэя. — Но на самом деле эти произведения далеко не безобидные, особенно если учесть какую идеологию и подсознательный стиль поведения они навязывают человеку. Заметьте, там описывается определённая модель поведения для человека, показанная на отношениях семейного клана олимпийских богов. Кстати говоря, имена некоторых из этих богов, таких как Зевс, Гера, Афина, Артемида и легенды про них были известны ещё в древней критской культуре (3000-1200 гг. до новой эры), и существовавшей приблизительно в то же время микенской культуры, то есть задолго до создания этих произведений. И в тех древних легендах действительно имелись некоторые ценные знания, закамуфлированные в мифы.
Но группа, которая оформляла эти работы под псевдонимом «Гомера», мало того, что переделала всё это по-своему, так ещё в качестве описания этих богов взяла уже образ людей, а не тех мифических персонажей, которые были представлены в более ранних легендах. Причём не просто людей, а весьма ограниченный тип людей с множеством человеческих слабостей, в коих культивируется злость, жестокость, мелочность, безнравственность. То есть, по сути, они, переделывая образы богов, пытались уничтожить духовные основы древних мифических персонажей. Они сделали так, что единственным, что этих новоявленных гомеровских «богов» отличало от людей — было их бессмертие, да и то, поддерживаемое принятием «волшебного напитка». Заметьте, в пику популярным египетским представлением о загробном мире и стремлении человека попасть в него после своей смерти за свои нравственные заслуги в жизни, эта группа рисует представления о загробном мире в самых чёрных красках. Их загробный мир (аид) мрачный и безнадёжный, обиталище полубессознательных теней, где живут чудовища и казнятся преступные титаны. Для чего это делалось? Для того чтобы человек испытывал страх перед смертью и проникся безысходным отчаянием при мысли об этом. То есть рисуется миропорядок по-архонтски и соответствующие кумиры-«идеалы» для простых людей. Ибо первично идёт изменение идеологии, внедрение её в массы и популяризация, а как результат — изменение направления движения общества в целом.
Николай Андреевич, внимательно выслушав Сэнсэя, с воодушевлением первооткрывателя произнёс:
— А вообще-то ты действительно прав! Как я раньше об этом не подумал! Ведь влияние Гомера на религиозные представления греков было громаднейшим! То есть, это было своего рода «гомеровской» религией и эти книги действительно представляли для людей нечто вроде священных книг. Ведь античную мифологию сравнивают с библейской по степени её влияния на развитие культуры многих народов, в особенности европейских. Римляне тоже в своё время во многом заимствовали легенды Эллады, просто по-своему трактуя образы и видоизменяя сюжеты. Да и вообще во всей Европе, благодаря тому, что самым распространённым языком был латинский и древнегреческий, античные мифы получили не только широкое распространение, но и изучались, внедрялись в культуру и искусство, в том числе живопись, скульптуру, музыку, прозу!
— Вот, вот, вот, — подтвердил Сэнсэй. — Правильно ты сказал — именно «внедрялись», и приписывались к представлениям о взглядах на мироздание древних греков, то есть целого народа! Хотя на самом деле нравственный «идеал» созданных Архонтами «олимпийцев» настолько дискредитировал подлинные духовные ценности греческого народа, что уже через некоторое время после активного рекламирования данных произведений людьми Архонтов, вся эта компания вызвала протесты и насмешки у самих греков. Но посмотрите на сегодняшний мир, как до сих пор возвышают произведения Гомера, приписывая их к «недосягаемому образцу», «великому эпосу» греческого народа, и как скромно и зачастую не в наилучшем виде упоминают о тех, кто был противником этих произведений.
4 5 6 7 8 9 10 ... 29
Карта сайта

Последнее изменение этой страницы: 2018-09-09;



2010-05-02 19:40
author-karamzin.ru 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная