Гийом Мюссо Бумажная девушка - 14
Учебные материалы


Гийом Мюссо Бумажная девушка - 14




— Ладно-ладно, — перебил он, — я понял основную мысль.

* * *
Мексика
Хотя машина ползла как улитка, цель путешествия неотвратимо приближалась. Мы уже доехали до Сан-Игнасио, а наша развалюха тарахтела как ни в чем не бывало.
Впервые за долгое время я чувствовал себя хорошо. Мне нравились пейзажи за окном, нравился запах нагретого солнцем асфальта — эдакий пьянящий аромат свободы, нравились магазины без вывесок и остовы брошенных машин, глядя на которые казалось, что мы едем по легендарному шоссе 66.[50]
Плюс ко всему на одной из редких заправок я обнаружил две аудиокассеты, каждая стоимостью девяносто девять центов: сборник рок-хитов, от Элвиса до «Роллинг Стоунз», и пиратская запись трех концертов Моцарта в исполнении Марты Аргерих. Наконец можно начать приобщать Билли к радостям «настоящей музыки».
Но днем, когда мы ехали по довольно дикому участку дороги, не отделенному от полей изгородью, нам пришлось остановиться. Огромное стадо баранов устроилось на послеобеденный сон прямо посреди шоссе. Неподалеку находились несколько ферм и ранчо, но никто и не думал прогонять животных с дороги.
Билли жала на клаксон, высовывалась в окно и махала, пытаясь согнать стадо с облюбованного места, — безрезультатно. Оставалось сидеть и ждать. Тогда она закурила, а я решил пересчитать оставшиеся деньги. Из кошелька выпала фотография Авроры, и не успел я понять, что произошло, как моя спутница схватила снимок.
— Отдайте!
— Подождите, дайте посмотреть! Это вы снимали?
В этой простой черно-белой фотографии было что-то невинное и трогательное. Аврора сидела на пляже в Малибу в трусах и мужской рубашке, в ее глазах горел огонь, который я тогда принимал за любовь.
— Скажите честно, что вы нашли в этой пианистке?
— В смысле?
— Ну да, она красивая. И то если вам нравится этот типаж: «идеальная женщина с телом модели, перед которой никто не может устоять». Чем еще она вас привлекла?
— Прекратите, умоляю. Не вам, влюбленной в похотливого мерзавца, давать советы.
— Может, вас возбуждает ее образованность?
— Да, Аврора очень умна. Вас это, конечно, раздражает. Но я рос в дерьмовом районе, где ни секунды нельзя было побыть в тишине: беспрестанные крики, ругань, угрозы, выстрелы. И ни одной книги дома, только программа передач. Я даже не знал, кто такие Шопен и Бетховен, поэтому так обрадовался, встретив парижанку, которая говорит о Шопенгауэре и Моцарте, а не о сексе, наркоте, рэпе, татуировках и накладных ногтях!
Билли покачала головой:
— Звучит убедительно, но клюнули-то вы на ее красоту. Будь в ней на пятьдесят килограммов больше, она бы не произвела на вас такого впечатления, даже со всеми своими Моцартами и Шопенами…
— Может, хватит, а? Езжайте уже!
— Как? Думаете, наша колымага переживет столкновение с бараном?
Билли затянулась и снова пристала:
— Скажите, а милая болтовня о Шопенгауэре — это было до того, как вы потрахались, или после?
Я ошеломленно посмотрел на нее.
— Скажи я такое, вы бы тут же влепили мне пощечину…
— Да ладно, шучу. Мне нравится, как вы краснеете, когда смущаетесь.
«Неужели я создал эту девушку?»

* * *
Малибу
Как и каждую неделю, Тереза Родригес пришла к Тому делать уборку. В последнее время писатель не хотел, чтобы его тревожили. Он вешал на дверь записку, в которой сообщал, что сегодня не нуждается в ее услугах, однако никогда не забывал оставить конверт с деньгами. Сегодня письма не было.
«Тем лучше».
Пожилая женщина не любила получать деньги просто так, к тому же она переживала за Тома, которого знала с самого детства.
Ее трехкомнатная квартира находилась на одной лестничной площадке с жилищем матери Тома и семьи Кароль. После смерти мужа Тереза жила одна, поэтому дети взяли привычку делать домашние задания у нее. Там было гораздо спокойнее, чем в семьях обоих детей: у одного мать-невротичка, разбивавшая семьи и коллекционировавшая любовников, у другой тиран-отчим, постоянно оравший на домочадцев.
Тереза открыла дверь и, увидев царивший в доме бардак, замерла на пороге, потом собралась с духом и принялась за уборку. Она пропылесосила, вымыла пол, включила посудомоечную машину, перегладила гору белья и привела в порядок террасу.
Три часа спустя, разобрав мусор и разложив пакеты по бакам, она наконец отправилась домой.

* * *
В семнадцать часов мусороуборочная машина приехала за отходами обитателей Малибу.
Опрокидывая очередной бак, Джон Брэйди, один из мусорщиков, заметил почти новый экземпляр второго тома «Трилогии ангелов». Он отложил его, чтобы хорошенько рассмотреть в конце рабочего дня.
«Вау! Вот это вещь! Большой формат, красивая обложка под старину и куча цветных картинок».
Его жена уже прочитала первый том и теперь с нетерпением ждала, когда же выйдет вторая книга в карманном издании. Эта находка порадует ее!
Когда он пришел домой, Дженет буквально набросилась на роман. Она сидела на кухне, судорожно перелистывая страницы, и даже забыла вовремя достать из духовки запеканку. Позже, лежа в постели, она в том же бешеном темпе поглощала главу за главой. Джон понял, что на ласку надеяться не стоит. Он заснул в дурном настроении, виня себя в испорченном вечере, — не стоило приносить домой книгу, которая лишила его и нормального ужина, и радостей супружеской жизни. Постепенно он погрузился в объятия Морфея, который в качестве утешения подарил приятнейшее зрелище: его любимые «Доджерс» выиграли чемпионат по бейсболу, задав жару «Янкиз». Брэйди витал на седьмом небе от счастья, как вдруг его разбудил страшный вопль:
— Джон!
Он в ужасе открыл глаза. Лежавшая рядом жена орала как резаная:
— Как же так?
— Что? Что я сделал?
— Книга заканчивается на двести шестьдесят шестой странице! А дальше идут чистые листы!
— Я же не виноват!
— Уверена, ты специально это сделал.
— Ты с ума сошла!
— Я хочу прочитать продолжение!
Брэйди надел очки и посмотрел на будильник:
— Малыш, сейчас два часа ночи! Где я найду эту книгу?
— Здесь недалеко круглосуточный магазин… Джон, пожалуйста, купи мне нормальный экземпляр. Второй том еще лучше первого!
Мусорщик вздохнул. Он женился на Дженет тридцать лет назад, обещав «быть с ней и в радости и в горе». Сегодняшней ночью приходилось делить горе, ничего не поделаешь! В конце концов, он тоже не подарок.
Полусонный, он вылез из-под одеяла, натянул джинсы и теплый свитер и отправился в гараж за машиной. Остановившись у круглосуточного магазина на Перпл-стрит, он швырнул в урну бракованный экземпляр.
«Дурацкая книга!»

* * *
Мексика
Мы были близки к цели. Судя по цифрам на дорожных указателях, до Кабо-Сан-Лукаса, конечной точки нашего путешествия, оставалось меньше ста пятидесяти километров.
— В последний раз заправимся, и нам хватит до конца, — сказала Билли, подъезжая к колонке.
Не успела она заглушить мотор, как некий Пабло — если верить надписи на футболке — подбежал к машине, чтобы залить бензин и протереть ветровое стекло.
Смеркалось. Билли прищурилась, разглядывая деревянную вывеску в форме кактуса. На ней перечислялись местные блюда, которые подавали в кафе.
— Умираю от голода. Не хотите перекусить? Готова поспорить, они готовят ужасно жирные, но нереально вкусные вещи.
— Вы слишком много едите, так и до несварения желудка недалеко.
— Ничего страшного, меня есть кому лечить. Уверена, вы будете выглядеть очень сексуально в роли заботливого доктора!
— Да вы ненормальная!
— А кто в этом виноват? Слушайте, Том, не будьте таким серьезным! Прекратите переживать из-за пустяков. Жизнь благоволит тем, кто ей доверяет.
«Хм… Кажется, она возомнила себя Пауло Коэльо…»
Билли вышла из машины и начала подниматься по деревянной лестнице, которая вела в кафе. В обтягивающих джинсах, приталенной кожаной куртке и с серебристой сумочкой в руке она выглядела вылитой ковбойшей, каких, должно быть, много в этих краях. Расплатившись с Пабло за бензин, я догнал свою спутницу.
— Дайте ключи, я закрою машину.
— Том, хватит уже! Успокойтесь. Перестаньте всюду видеть опасности. Лучше закажите тортилью и фаршированные перцы, а потом постарайтесь как можно точнее описать их вкус.
Заразившись настроением Билли, я вошел вслед за ней в салун, надеясь приятно провести время, и совсем забыл о невезении — верном попутчике, расставлявшем ловушки с самого начала нашего невероятного путешествия.
Только мы уселись на террасе, собираясь отведать кукурузные лепешки, как Билли проговорила:
— Ма… машина…
— Что такое?
— Ее нет… — грустно ответила она, показывая на пустую стоянку.
Я в ярости выскочил из кафе, даже не притронувшись к еде.
— Перестаньте всюду видеть опасности! Будьте проще! Это ваши слова! Я был уверен, что добром это не кончится! Еще и полный бак залили!
Билли горестно смотрела на меня, но через пару секунд заговорила со своим обычным сарказмом:
— Раз вы были уверены, что машину угонят, почему не закрыли ее? Мы оба виноваты!
Чтобы не задушить ее от злости, я снова проглотил обиду. На этот раз мы остались без машины и вещей. Тем временем окончательно стемнело и стало холодать.

* * *
Ранчо-Санта-Фе
Отделение полиции
— Сержант Альварес… она с вами?
— Что вы имеете в виду? — переспросил Мило, протягивая права и страховку на «Бугатти».
За стеклом виднелся силуэт Кароль — они с секретаршей заполняли документы. Немного смутившись, помощник шерифа уточнил вопрос:
— Ваша подруга Кароль… она вам просто подруга или не просто?
— А что? Хотите пригласить ее на ужин?
— Если она свободна, то с удовольствием. Она очень…
Полицейский попытался найти подходящее слово, но понял, что допустил оплошность, и не стал заканчивать фразу.
— Решайте сами, старина. Можете рискнуть, если хотите проверить, сдержусь я или дам вам в морду.
Испуганный офицер проверил документы на машину и протянул Мило ключи от «Бугатти».
— Все нормально, можете забирать машину, только больше не одалживайте ее не пойми кому.
— Этот «не пойми кто» — мой лучший друг.
— Значит, впредь выбирайте друзей осмотрительнее.
Мило хотел осадить офицера, но тут в кабинет вошла Кароль.
— Шериф, вы уверены, что за рулем была женщина? Вы точно ее видели?
— Сержант, поверьте, я сумею отличить женщину от мужчины.
— А на пассажирском сиденье был он?
Кароль ткнула ему в лицо книгу с фотографией Тома на обложке.
— Честно говоря, не разглядывал вашего друга. Я общался в основном с этой белобрысой. Настоящая стерва, скажу я вам.
Разговаривать дальше не было смысла, и Мило попросил отдать документы.
Протягивая их, шериф решился задать вопрос, который давно крутился у него на языке:
— Скажите, ваши татуировки — это знак Мары Сальватручи, да? Я читал про них в Интернете. Там говорилось, что из этой банды невозможно уйти живым.
— Не стоит верить всему, что пишут в Интернете, — бросил Мило, открывая дверь кабинета.
Дойдя до стоянки, он тщательно осмотрел машину. Все в порядке: почти полный бак, а, судя по лежавшим в багажнике чемоданам, путешественники собирались второпях. Открыв некоторые из них, Мило увидел женскую одежду и косметику. В бардачке он обнаружил карту и бульварный журнал.
К нему подошла Кароль.
— Ну как? Что-нибудь нашел?
— Кажется, да…
Мило показал нарисованный на карте маршрут.
— Кстати, этот тупица пригласил тебя в ресторан?
— Он спросил мой номер телефона и предложил как-нибудь поужинать вместе. Тебя это смущает?
— Вовсе нет. Хотя, по-моему, он не блещет умом.
Кароль хотела послать Мило куда подальше, но тут…
— Смотри! — воскликнула она, ткнув пальцем в фотографии Авроры и Рафаэля Барроса на райском пляже.
В ответ Мило показал крестик на карте и спросил:
— Не хочешь провести выходные в роскошном отеле на мексиканском побережье?

* * *
Мексика
Заправка в Эль-Сакаталь
Поглаживая коротенькую шелковую сорочку с кремовым кружевом, Билли говорила:
— Если подаришь это своей подружке, она сделает то, о чем ты даже не мечтал. Такие штуки, о существовании которых ты даже не догадываешься, настолько они пошлые…
Пабло вытаращил глаза. Билли уже минут десять пыталась обменять содержимое сумочки на скутер юного заправщика.
— Но самое лучшее средство — вот это…
Она достала из косметички хрустальный флакончик с крышечкой, переливавшейся, словно ограненный бриллиант.
Билли открыла пузырек, и ее лицо стало загадочным, как у фокусницы, которая собирается продемонстрировать публике свой коронный номер. Поднеся духи к носу юноши, она прошептала:
— Ну же, понюхай… Чувствуешь этот искрящийся чарующий запах? Этот игривый кокетливый аромат? Какое благоухание источают фиалка, гранат, розовый перец и жасмин…
— Хватит соблазнять мальчика! У нас опять будут проблемы.
Но Пабло зачарованно смотрел на Билли, и, к его несказанному удовольствию, девушка продолжила свои обольстительные речи:
— Ощути пьянящие нотки муската, фрезии и иланг-иланга…
Я подошел к скутеру и недоверчиво осмотрел его. Какой-то местный завод соорудил этот старый мопед в семидесятых годах в подражание итальянской «Веспе». Его не раз перекрашивали, он был весь облеплен стикерами, намертво прилипшими к металлу. На одном из них было написано: «Кубок мира по футболу, Мехико, 1986…»
Билли продолжала соблазнять юношу:
— Паблито, поверь мне, одна капля этих духов, и женщине открывается волшебный мир, наполненный чувственными запахами, превращающий ее в дикую, страстную тигрицу, желающую лишь…
— Завязывай с этим цирком! Этот скутер все равно не выдержит двоих человек! — рявкнул я.
— Да ладно, я же не тонну вешу!
Билли прервала тираду, оставив Пабло один на один с квинтэссенцией женской магии, заключенной в серебристой сумочке Авроры.
— И потом, это опасно. Сейчас темно, дороги тут ужасные — сплошные трещины да колдобины.
— Trato hecho?[51] — спросил Пабло, подходя к нам.
Схватив ключи от скутера, Билли поздравила его:
— Отличная сделка! Поверь, подружка будет обожать тебя!
Я покачал головой:
— Бред какой-то! Эта штуковина проедет дай бог двадцать километров. Приводной ремень наверняка никуда не годится…
— Том!
— Что?
— На таких скутерах нет приводного ремня. Хватит изображать из себя мужчину, вы же ничего не смыслите в технике.
— Думаю, на этой развалюхе уже лет двадцать никто не ездил, — проворчал я, поворачивая ключ зажигания.
Мотор пару раз кашлянул, затем послушно заурчал. Билли села сзади, обвила меня руками и положила голову мне на плечо.
Скутер с треском умчался в ночь.
Город ангелов

Неважно, какой силы удар тебе нанесли. Важно, как ты его выдержал… и как продолжил свой путь.[52]

Рэнди Пауш
Кабо-Сан-Лукас
Отель «Ла Пуэрта-дель-Параисо»[53]
Сьют № 12
Утренний свет пробивался сквозь портьеры. Билли открыла один глаз и, подавив зевок, лениво потянулась. Электронный циферблат будильника показывал начало десятого. Повернувшись, она увидела Тома: он свернулся калачиком на отдельной кровати в нескольких метрах от нее и спал мертвым сном. Они добрались до отеля посреди ночи, изнуренные и совершенно разбитые. Старый скутер отдал богу душу километров за десять до финиша, и им пришлось заканчивать путешествие пешком — несколько часов они брели по шоссе, осыпая друг друга отборными ругательствами. 1 ... 10 11 12 13 14 15 16 17 ... 33

Карта сайта

Последнее изменение этой страницы: 2018-09-09;



2010-05-02 19:40
referat 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная