Карамзин Николай Михайлович
Карамзин Николай Михайлович
1766-1826

Навигация
Биография
Произведения
Краткие содержания
Рефераты
Сочинения
Фотографии


Реклама


Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (19)


"Соловьев С.М. Н. М. Карамзин и его литературная деятельность: "История государства Российского""
Карамзин Николай Михайлович - Рефераты - "Соловьев С.М. Н. М. Карамзин и его литературная деятельность: "История государства Российского""

истории могут получить средства опровергнуть ложь, сочиненную нашими врагами.

      Итак, мы видим, что взгляд историка XIX века на свой предмет в главных чертах сходен со взглядом историка XVIII века: оба смотрят на историю, как на науку опыта; оба следуют одному порядку при изложении ее пользы. Но при сходстве воззрения есть и разница: историк XIX века уже предчувствует в истории науку народного самопознания; говорит, что она есть дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего. Мы сказали "предчувствует" потому, что это важное определение нисколько не развито в последующей речи, где подобно историку XVIII века историограф подробно развивает пользу истории, как науки опыта, для различных разрядов общественных деятелей. При сходстве воззрения на предмет вообще должна быть разница в подробностях по самому расстоянию, разделявшему время жизни обоих историков, по самому различию характера этого времени. Историк, бывший свидетелем великих политических бурь и потом восстановления порядка; историк, писавший при государе, который был главным виновником этого восстановления, должен был обратить внимание преимущественно на то, как искони мятежные страсти волновали гражданское общество и какими способами обуздывалось их бурное стремление, учреждался порядок.

      Свидетель великого бедствия, нашествия иноплеменников, историк XIX века видит в истории утешение для простого гражданина в государственных бедствиях: "История должна свидетельствовать, что и прежде бывали бедствия подобные, бывали еще ужаснейшие - и государство не разрушалось". Относительно общего нравственного влияния истории оба писателя опять сходятся в своих воззрениях: по словам Карамзина, история питает нравственное чувство, праведным судом своим располагает душу к справедливости; по словам Татищева, "в истории не токмо нравы, поступки и дела, но из того происходящие приключения описуются, яко мудрым, правосудным, милостивым, храбрым, постоянным и верным честь, слава и благополучие, а порочным, несмысленным, лихоимцам, скупым, робким, превратным и неверным - бесчестие, поношение и оскорбление вечное преследуют, из которого всяк обучаться может, чтоб первое колико возможно приобрести, а другого избежать".

      Сказав о пользе, историк XIX века распространяется об удовольствиях, доставляемых историею для сердца и разума, и прямо от приятности истории вообще переходит к большей приятности истории отечественной для русского. Историк XVIII века не говорит вовсе о приятности истории; по его мнению, для русского знание своей истории и географии еще нужнее знания истории и географии чужих стран - и только. Мы не станем отрицать здесь влияния личной природы обоих писателей: Татищев и Карамзин были два разных человека и потому могли различно смотреть на один и тот же предмет; но мы не должны также опускать из внимания различие в характере эпох, которых оба они были представителями в нашей литературе. Главною, единственною причиною всех деяний Татищев полагает ум или отсутствие его - глупость; расчетам ума он подчиняет все; нравственное чувство остается у него в стороне: отсюда сухость, жесткость, односторонность в приговорах о некоторых явлениях, непонимание, неумение оценить нежное нравственное чувство, которое иногда заставляет человека действовать вопреки расчетам ума. Но вот наступила вторая половина XVIII века, и лучшие представители времени высказали совершенно иные мнения. "Искусство (опыт) доказало,- говорят они,- что один только украшенный или просвещенный науками разум не делает еще доброго и прямого гражданина"[2]. "Имей сердце, имей душу - и будешь человеком во всякое время. На все время - мода: на умы мода, на знание мода... Прямое достоинство в человеке - душа. Без нее просвещеннейший умница - жалкая тварь. Невежда без души - зверь. Чем умом величаться? Ум, коль он только что ум,- самая безделица. С пребеглыми умами видим мыхудых мужей, худых отцов, худых граждан. Прямую цену уму дает благонравие: без него умный человек - чудовище. Оно неизмеримо выше всей беглости ума[3].

      Карамзин был воспитан в этих понятиях, господствовавших между лучшими людьми второй половины XVIII века, и потому неудивительно, что подле ума он постоянно дает место сердцу, чувствительности, и, мало того что дает им место, он дает им первое место; неудивительно, что в противоположность Татищеву Карамзин оценяет поступки исторических деятелей преимущественно с нравственной, так сказать сердечной, точки зрения, требует от них прежде всего чувствительности. Для нас, для которых Карамзин и его великая деятельность есть уже явление из мира прошедшего, эта его характеристическая черта очень важна...

      Понятно, почему Карамзин кроме пользы распространяется об удовольствиях,
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 >>>

Карамзин Николай Михайлович - Рефераты - "Соловьев С.М. Н. М. Карамзин и его литературная деятельность: "История государства Российского""



Копирование материалов сайта не запрещено. Размещение ссылки при копировании приветствуется. © 2007-2011 Проект "Автор"